А мы вообще начинали?
― Конечно.
Меня напрягло, что я так и не смогла поговорить с Элиотом о наших отношениях, но ещё больше напрягло, что он меня поцеловал. Я захватила кое-какие бумаги, с которыми мне предстояло разобраться, получила пару наставлений от босса, а затем ушла.
По дороге из кабинета меня поймала Ана. Точнее, девица встала у меня на пути, решительно его загородив.
― Думаешь, покрутила перед ним задницей и уже заполучила? ― Прошипела она, складывая на груди руки. ― Он мой, ясно? Усеки это.
Эмм… серьезно?
Вообще-то я не собиралась бороться за Элиота, особенно после того, как он меня поцеловал. Но слова Аны так задели, что я отреагировала совсем не так, как хотела:
― А я думала крутить задницей ― в твоей манере, нет? Разве ты пытаешься заполучить его не таким способом?
― Я окучиваю его шесть месяцев, ― зашипела она, ― а тут являешься ты, готовая залезть ему в штаны и отдрочить. Мне это не нравится, ясно?
Залезть в штаны и отдрочить? Нет, ну это уже слишком.
― Ана, верно? ― Спросила я, в который раз намеренно шарахая её о землю. Заслужила, сучка. ― Послушай, Ана, оставь Элиота в покое. Ты ему не нужна.
― Да что ты…
― Не нужна, поверь, ― прервала её я, ― иначе бы он уже давно позвал тебя на свидание. Но ведь до сих пор не сделал этого, верно?
Она хотела что-то ответить, но я вновь её перебила:
― Смирись, Ана. И найди того, на кого твоя идеальная задница произведет чуть большее впечатление.
И пока она моргала, соображая, что ответить, я развернулась и зашагала к себе.
Элиот казался мне отличным парнем.
Да, я не собиралась ухлестывать за ним, но и эта стерва совершенно ему не подходила.
Когда я вошла в кабинет, мобильный на столе завибрировал.
«Ужин. Сегодня. Я заеду в восемь».
Элиот. Вот же блин.
Оставшиеся двадцать минут от обеда думала, как вежливо отказать Элиоту, чтобы не обидеть. Набирала текст, затем почти тут же его стирала. После сороковой попытки поняла, что это невозможно. Нельзя отвергнуть чувства человека и не задеть их.
Но отвергнуть я была должна.
Вернувшиеся с обеда Джойс и Макс отвлекли меня от тяжелых мыслей, а затем я вспомнила о важных бумагах и погрузилась в работу. Так день пролетел незаметно.
Думала, зайти к Элиоту перед уходом и объяснить ему всё на словах, но оказалось, что он уехал с вместе с партнерами сразу после встречи.
Бросать его по эсемеске не стала ― это подло. Хотя, как можно было бросить человека, с которым формально и не встречался? Всё равно решила, что это подло, а ещё решила, что объясню ему всё, когда он заедет. Да, так будет лучше.
Этот день так вымотал меня эмоционально и физически, что всё, о чем я мечтала, вернувшись домой ― закинуть ноги на стол и бездумно пялиться в телек. Но внезапно поняла, что не хочу делать это одна. Поэтому приняла душ, переоделась и, взяв ключи от квартиры, поплелась к Терренсу. Элиот должен был заехать через полчаса, и мне казалось, что будет правильно предупредить об этом своего мужчину. И ещё рассказать о поцелуе. И о том стикере, который посылал мне сердечки. И о приглашении на ужин в принципе.
Шаги за дверью я не узнала. Открывать мне шел явно не Хардинг. Кто-то… значительно легче и ниже ростом…
Но прежде, чем в голове мелькнула догадка, щеколда повернулась, и я замерла. Передо мной предстала миниатюрная блондинка, взирающая на меня с некоторым… удивлением. У неё была точеная, сексуальная фигура и очень необычное лицо ― маленький курносый носик, круглые по-детски пухлые щеки и большие серо-зеленые, почти прозрачные глаза. Её кожа была бледной, а светлые, выжженные на солнце волосы, выражали это только сильнее. Но она была красивая. Очень красивая.
А ещё она стояла передо мной в одном тоненьком халатике ― крошечном, шелковым, открывающем её идеальные, стройные ноги.
― Вам помочь? ― Спросила она, и я отметила, что даже её голос и тот был идеален. ― Если вы пришли к Терри, то его сейчас нет. В холодильнике мышь повесилась, так что он пошел купить немного еды. ― Она улыбнулась, выбивая ещё один страйк. Но, заметив, что я не улыбаюсь, перестала. Терри… она называла его Терри… ― Вы в порядке? Я могу что-нибудь для вас сделать?