― Хватит… прекратите.
― Прекратим, когда этот долбанный урод признается, что солгал.
Пальцы Элиота напряглись ― я ощутила, а затем он тихо ответил:
― Пошел к черту.
― Саманта, тебе лучше отойти, ― услышала я, и то, что уловила в голосе Терренса, мне совсем не понравилось.
Открыла рот ― предприняла отчаянную попытку остановить его ― но для этого было уже слишком поздно. Терренс буквально выдернул Элиота из-за моей спины, а затем со всей силой ударил его в челюсть. Я взвизгнула, а Элиот покачнулся, едва устояв на ногах.
― Что ты творишь?! ― Закричала я. ― Совсем с ума сошел?!
― Пусть ублюдок скажет правду! ― Заорал Терренс в ответ. ― Пусть признается!
― Признается в чем?! В том, что собственными глазами видел, как ты целовался с той девицей?!
― Саманта, я понятия не имею, про кого ты постоянно говоришь!
― Я говорю о блондинке в твоей квартире, ― прошипела, понимая, что боль от обиды вновь сменилась яростью, ― на ней хоть нижнее белье было?
― Лорен? ― Вдруг спросил он. ― Ты её имеешь в виду?
― Да плевать мне, как её зовут! Лорен, Кики, Синтия, Шерил ― плевать! Я застала её полуголую в твоей квартире! И она ясно дала мне понять, что ты её трахал!
На мгновение между нами повисла разрывающая легкие тишина.
Я могла бы поклясться, что слышала, как бьётся его сердце. И мне казалось, что я абсолютно не слышу своё.
― Какого…
― Твои оправдания не прокатят. Не прокатят, ясно? Я всё видела сама! САМА! Своими собственными глазами! Видела её в твоей квартире. Видела вашу одежду на полу, пустые бокалы. И выражение её лица, когда она хвасталась лучшим сексом в своей жизни!
Меня несло, и я уже не знала, найду ли тормоза.
― Как бы ты не оправдывался ― это всё пустое. Потому что я САМА видела правду!
Выдохнула и резко замолчала, понимая, что мне катастрофически не хватает воздуха. И, говоря ― катастрофически, я не шутила.
― Господи, Сэм, ты серьезно веришь, что я мог так с тобой поступить?
Нет! ― Вопило сердце.
Факты! ― Орал разум.
Я разрывалась ― и разрывалось всё внутри меня.
― Я хочу верить, что не мог, ― прошептала, вопреки всему, ― но просто не могу понять… зачем ей лгать?
― Я не знаю, ― выдохнул Терренс, и единственное, чего мне захотелось в этот момент ― зарыдать в голос, ― но знаю, что, если она солгала, значит на то была причина.
Была... но какая?
― Тебе лучше уйти, ― услышала я и повернулась, не понимая, как вообще могла забыть об Элиоте, ― Саманте нужно отдохнуть. А ты совершенно этому не способствуешь.
― Зато ты, видимо, способствуешь на отлично? ― Взгляд Терренса переместился, скулы вновь сжались. ― Чего ты добиваешься, Кэмпбелл? Что тебе нужно?
― Чтобы Саманта была счастлива. ― Спокойно ответил он. ― Но ты явно не сделаешь её счастливой.
― Да неужели? ― Хмыкнул Терренс, вновь придвигаясь к нему. ― А ты сделаешь?
Глаза в глаза ― два хищника перед сражением. За меня ещё никогда не дрались, это было впервые. Но я отчетливо понимала, что не хотела этого.
― Хватит, прошу вас. Перестаньте.
― Я не изменял тебе, Саманта. ― Услышала я и подняла на Терренса взгляд. ― После той ночи… после той самой первой ночи, я больше так и не смог… ни с кем.
Я замерла, переваривая услышанное, но картинка всё никак не складывалась.
Я завертела головой, не понимая, почему.
― Ты водил девушек, я сама видела…
― Водил, ― подтвердил он, теперь подходя ближе ко мне, ― а затем прогонял. Потому что в каждой из них видел только тебя.
― О, пожалуйста, ― хмыкнул Элиот, ― думаешь Саманта поверит в эту романтизированную чушь?
Мы оба слышали Элиота, но оба продолжали, не мигая, смотреть друг на друга. Терренс ― с надеждой, а я ― с откровением.
Я верила его глазам, однако, всё равно осторожничала.
― Давай поговорим, ― продолжал он, ― наедине.
― Наедине?