― Хорошо, больше не буду. ― Усмехнувшись, пообещал он. Но почему―то я ему не поверила. ― Как на новом месте? Осваиваешься?
― Дааа, потихоньку.
― Всё нравится? Замечаний нет?
― Эмм, нет. ― Даже, если бы и были, неужели он считал, что я о них ему скажу? ― Всё отлично. Я счастлива быть частью этой компании.
― Я тоже счастлив, что теперь ты ― его часть. ― Негромко ответил он, посмотрев на меня взглядом, полным мягкости, удовольствия и чего―то ещё, что расшифровать я так и не смогла.
Практически провалившись в его серую дымку не сразу услышала застучавшие по паркету каблучки.
― Мистер Кэмпбелл, пришел Пол Джарвис. Я проводила его в ваш кабинет.
Мы тут же прервали наш молчаливый контакт, и я несколько раз сморгнула.
― Хорошо, Ана, спасибо.
Та самая Ана, длинноногая брюнетка в коротком сексапильном платье и на высоченных шпильках, смерила меня каким―то уж очень странным взглядом. То ли просто любопытно―оценивающим, то ли уничтожающе―испепеляющим. А, возможно, одновременно и тем, и другим.
Одно я поняла точно ― слухам быть.
Твою ж мать.
Остаток рабочего дня прошел спокойно и без происшествий. Я старалась не высовывать из кабинета носа, а до туалета добираться короткими перебежками. Лишь бы не встретить где―нибудь эту неуравновешенную секретаршу Элиота. Нет, я совсем её не боялась. Более того ― знала, что заткну и поставлю на место, если придется. Просто не хотелось так скоро нажить себе врагов и прослыть той ещё конченой сукой. А судя по тому, как Ана на меня смотрела, она способна была разнести обо мне ещё и не такое.
Домой я вернулась практически без сил.
Думала, что усну без задних ног, но не тут―то было.
На меня внезапно накатила бессонница. И это именно в тот вечер, когда мой горе―сосед решил, наконец, отдохнуть от пьяных вечеринок со своими тупоголовыми девицами.
Проклиная Хардинга на чём свет стоит, я выбралась из постели и решила немого подышать. Взяла из холодильника мороженое и вышла на балкон. Ночь была теплая. И из―за тишины вокруг я слышала, как вдалеке шумят бьющиеся о берег волны. Проглотив несколько ложек мороженого, расслабилась и, кажется, меня даже понемногу стало клонить в сон.
― Привет. ― Вначале подумала, что голос мне послышался, но повернувшись, поняла, что нет. ― Не спится?
― Что―то вроде того.
Не сказать, чтобы я горела желанием разговаривать с Терренсом, но решила, что, если отвечу, то, возможно, он удовлетворится и отстанет.
― Да, мне тоже. ― Выдохнув, произнес парень, а затем оперся локтями о перила. ― Любишь солёную карамель?
― Что? ― Сморгнув, не сразу поняла я.
― Солёную карамель. ― Кивнул он в сторону баночки, которую я сжимала в руках. И я невольно опустила на неё взгляд. ― Я бы сейчас тоже не отказался.
― Заболел?
― Я? ― Переспросил Терренс. ― С чего ты взяла?
― Ну, ты стоишь на балконе и болтаешь со мной о жизни, а не пытаешься затащить очередную длинноногую дурочку в свою постель.
― Не все они длинноногие. ― Усмехнулся Хардинг.
― Но все дурочки. ― Заметила я.
Качнув головой, он немного помолчал.
― Почему ты так упорно пытаешься меня ненавидеть?
― А почему ты так упорно пытаешься это изменить?
― Мы соседи.
― И? ― Вскинула брови я.
― Ну… это что―то вроде добродушия.
― Мне не нужно твоё добродушие, пойми. Не нужно!
Держи себя в руках, Саманта. Держи в руках.
― Что я тебе сделал? ― Не выдержал Терренс, разворачиваясь ко мне всем телом.
Ты очень похож на Джорджа.
― Ничего, ― отворачиваясь, ответила как можно спокойнее.
― Но могу сделать, так? Этого ты боишься? Что мучает тебя, Саманта?
― Снова заделался гениальным психоаналитиком? ― Вспылила я, встречая его взгляд. ― Делать больше нечего? Скучно или что?
― Я просто пытаюсь понять…