Поэтому, ровно через двадцать минут мы стояли на первом этаже, тепло одетые и терпеливо ожидающие Кэрри, накладывающую макияж. Елена ― наша девятнадцатилетняя соседка, согласилась несколько часов побыть няней и присмотреть за Ханной и Лив. В частности, именно поэтому моя сестра пользовалась возможностью не торопиться и совсем не торопилась.
― Думаю, мы могли бы зайти в антикварный магазинчик к Карен. ― Предложила мама. ― Она будет рада вновь увидеть Саманту и познакомиться с её другом.
Я хотела было сказать, что не хочу заходить к Карен и знакомить её с другом, потому что Терренс вовсе мне никакой не друг, но папа меня опередил.
― Возможно, немного позже, дорогая. Мы зайдем к Карен позже.
― Почему позже?
― Потому что мы идем не совсем на прогулку.
― Не совсем на прогулку? ― Вновь удивилась мама, и на этот раз я удивилась вместе с ней.
― Именно. ― Улыбнулся папа. ― Мы будем не ходить. Мы будем кататься.
― Эм, кататься? ― Хлопнув глазами, спросила я. ― На твоём внедорожнике?
― Нет, милая, на квадроциклах!
Мои глаза расширились, и я в изумлении открыла рот.
― Гонки на квадроциклах, а! Как вам, семья? ― Задорно улыбнулся папа, ошарашив не только меня, но и маму. Зато мужская половина явно была в восторге. ― Умеешь водить, парень? ― Папа повернулся, вызывающе уставившись на Терренса.
― Я родился за рулем, Говард, гонки ― моя страсть, ― улыбнулся он, и я увидела, как после его слов мой всегда спокойный, всегда рассудительный папа вспыхнул озорством.
― Покажи, чего ты стоишь, парень. И тогда я, возможно, тебе поверю.
Улыбка Терренса стала шире, а затем в его глазах появился тот же дьявольский огонь. Тот же, что я увидела в глазах папы, а затем и в глазах Ричарда.
Вот. Же. Блин.
Выдохнула, приготовившись пережить свой самый худший в жизни кошмар.
Глава 18
Вспомнила, что мы с Холли (моей квартирной хозяйкой) договаривались встретиться, только, когда она позвонила. В десятый раз извинилась за свою безалаберность, после чего пообещала, что обязательно позвоню ей в среду ― сегодня утром мы решили, что останемся ещё на пару дней.
Для Терренса это не было проблемой, а Элиот отпустил меня, потому что срочная работа ― с его слов ― появится только в конце недели. Убрав мобильный в карман комбинезона, который мне выдали на месте и в который Кэрри переодевала меня фактически насильно, надев перчатку, но не потому, что собиралась куда―то ехать, а потому что на улице было довольно холодно, я снова поддалась панике.
Сидела на заднем сиденье мощного двухместного квадроцикла, слушая рёв его звериного мотора. И жалела, что на всё это согласилась.
Лучше бы «повалялась пару часов в постели», как выразилась мама.
Тогда бы сейчас у меня был восхитительный секс, и я не приходила бы в ужас от мысли, что махина подо мной скоро тронется. И будет ехать быстро. Очень―очень быстро.
― Я не поеду, ― в который раз мотнула головой.
― Саманта, успокойся и надень шлем.
― Не поеду! Дай мне слезть!
Терренс усмехнулся, но с места так и не сдвинулся.
Я сидела сзади него на каком―то слабом подобии мягкого сиденья, а он находился «у руля», загораживая собой почти всё пространство вокруг. Я не могла слезть с квадроцикла до тех пор, пока он сидел передо мной и понимала, что, если попытаюсь, скорее всего рухну лицом в сугроб. А я этого очень не хотела.
― Терренс, пожалуйста. Я не поеду.
― Саманта, расслабься. Со мной ты в безопасности.
Сердце верило его словам, но мозг продолжал нагнетать.
― Терренс…
― Расслабься, ― повторил он, ― и надень шлем.
― Но…
― Саманта.
― Я боюсь!
Мой страх был более, чем очевиден, но я думала, что, если признаюсь в нём, возможно, Терренс сжалится и позволит мне слезть.
Не сжалился. И я не слезла.
― Обещаю, с тобой ничего не случится. ― Повторил он. ― Я гонял на мотоциклах, автомобилях и прочих опасных махинах, когда ты ещё пешком под стол ходила.