— Твою мать, где носит твою задницу, Сомерхолдер?! — воскликнул Уэсли, едва Йен снял трубку, и этот полный негодования возглас услышала Нина. Болгарка еле сдержала смех. Йен широко улыбнулся.
— И тебе доброго утра, Василевски! — отозвался Йен. — По какому поводу не спим в такое ранее время?
— Я до тебя весь день дозвонится не мог! — выкрикнул Пол. — Чувак, ты, конечно, извини, я не делаю из тебя больного или беспомощного, но когда человек в твоём состоянии внезапно перестаёт отвечать на телефонные звонки, это немного стрёмно.
— Оу… Пол, слушай, извини, я вырубился вчера после перелёта. Видимо, не слышал. Всё отлично.
— После перелёта?
В телефонной трубке повисла пауза, а потом Нина и Йен снова услышали изумлённый голос Пола.
— Сомерхолдер, ты больной? Ты куда там летать вздумал?
— Уже прилетел. В Торонто, к Нине, — усмехнулся Йен.
Пол снова замолчал, а Сомерхолдер с довольным видом откинулся на подушку и завёл руку за голову.
— Что, убил?
— Наповал, — ошарашенно проговорил Уэсли. — Давай-ка с этого момента поподробнее.
— Не жалко деньги на разговоры с Торонто тратить?
— Похрен на деньги! Я хочу услышать эту историю! Ты сейчас с Ниной?
— Да, Пол, он со мной, — со смехом крикнула Нина в телефонную трубку.
— Ты сам всё слышал, — с улыбкой сказал Йен.
— Ядрёна-макарона, неужели этот день настал! — внезапно воскликнул Уэсли, чем вызвал у Йена и Нины новый приступ смеха. — Всё, мы с Торри, Джо и Кэндис идём пить. А, чёрт, Кэндис же нельзя… Ладно, она выпьет за вас стакан апельсинового сока.
— Тебе лишь бы нажраться, — рассмеялся Сомерхолдер.
— Так ты мне расскажешь, как это произошло?!
— Нина полетела на прослушивание в Торонто, я купил билет на самолёт, который вылетал прямо вслед за тем, на котором летела Нина. В аэропорту Торонто мне удалось её найти, и… А дальше не для детских ушек, дружок.
— Да ну тебя, — фыркнул Василевски. — Ты не умеешь рассказывать романтические истории!
— Слушай, мы с Ниной дали тебе такой классный повод пойти в бар, что тебе ещё нужно? — с хохотом спросил Йен. — Хорошо, я расскажу тебе обо всём, но только когда мы вернёмся в Ковингтон, идёт?
— Вот теперь другое дело, — одобрительно сказал Пол. — Передавай привет Нине.
— Обязательно, а ты от нас передавай Торри. Вы-то там как? — спросил Йен. — Всё нормально?
— А разве может быть по-другому? Всё тип-топ! Ну, за исключением того, что вчера какой-то мудак слушал свой грёбаный рок до четырёх утра. Нет, вообще, я с уважением отношусь к року, но не тогда, когда он у меня уже практически течёт из ушей!
— O-o-o, — протянул Сомерхолдер. — Ну я не верю, что ты оставил это без внимания. Колись, что ты ему там устроил?
Разговор друзей продолжался ещё около двадцати минут, несмотря на огромные счета и раннее время. Воссоединение Нины и Йена было очень неожиданным для всех их друзей, но от этого не менее радостным. Хоть они и не занимались бурным обсуждением личной жизни ребят за их спиной, каждый из них в тот день был невероятно счастлив за друзей и думал: «теперь всё так, как и должно быть».
Ни разу во время пребывания Нины в Канаде Добрев и Сомерхолдер не расстались больше, чем на пару часов. Йен и Нина, вспоминая старые-добрые времена, много гуляли по осеннему Торонто, фотографируясь на фоне местных достопримечательностей, устраивали романтические ужины в уютных ресторанчиках, проводили время с семьёй Нины. Хотя Нина и старалась сохранять внешнее спокойствие, внутри она чувствовала мандраж: ей очень хотелось получить роль в фильме «Три икса: Возвращение Ксандера Кейджа», но она понимала, что конкуренция была достаточно высока. А вот Йен был абсолютно спокоен: он действительно ни секунды не сомневался в том, что болгарка получит заветную роль, и думал он так не потому, что она была его девушкой: Сомерхолдер отлично знал способности Нины и её умение выкладываться по полной, если того требовала работа, а потому у него не оставалось сомнений в том, что руководство проекта оценит их по достоинству. Поддержка Йена очень помогала Нине хотя бы ненадолго справляться с внутренним беспокойством.
Нина приняла решение остаться в Торонто до середины октября: именно тогда должен был быть оглашён список актёров, утверждённых для работы над фильмом, к тому же, начало съёмок седьмого сезона «Дневников» был назначен на это же время. В случае утверждения на роль, у Нины осталось бы ещё около пяти месяцев в запасе, которые она хотела провести с Йеном, а потому приняла его предложение переехать к нему в Ковингтон.
— Нин, ты не видела мой зарядник? — вопрошал Сомерхолдер, проведший уже около получаса в поисках заветного устройства одним прекрасным канадским осенним утром.
— Слушай, а ты случайно не оставил его в машине у Сандро? — предположила Нина. — Ты же вчера после ресторана ставил телефон у него на зарядку.
— Точно, — пробормотал Йен, почесав затылок. — Можно я тогда возьму твой?
— Без проблем, бери.
— А, и ещё одна просьба… Можно я с твоего телефона напишу Полу? Ему кое-какую информацию скинуть нужно, лучше прямо сейчас, а пока мой телефон хотя бы на 5% зарядится, пройдет целая вечность.
— Да, он на тумбочке в спальне.
— Спасибо, — быстро проговорил Йен и, чмокнув болгарку в щёку, пошёл на второй этаж, чтобы взять её телефон и заодно поставить на зарядку свой.
Разблокировав экран мобильник Нины, Йен увидел отрывок сообщения её агента. Начиналось оно так: «Нина, поздравляю!» По одной этой фразе Сомерхолдер обо всём догадался и не сдержался от счастливой улыбки, потому что был искренне рад за возлюбленную. Йен, даже забыв о том, что его просил прислать Пол, поспешил спуститься вниз, в столовую, где Нина, доедая завтрак, увлеченно искала что-то в интернете с планшета.
— Милая, — позвал Йен, спускаясь по лестнице. — Мне кажется, тебе стоит чаще проверять свой мобильный, — с улыбкой сказал он, отдав телефон Нине.
— А что случилось? — непонимающе спросила она.
— А ты посмотри, — ответил Йен, обнимая болгарку за талию и прижимая к себе.
Нина быстро разблокировала экран и увидела то заветное сообщение от своего агента. Нина бегло прочитала текст, который гласил: «Нина, поздравляю! Официально: руководство было более чем довольно твоими пробами, так что… Готовься к незабываемому приключению с Вином Дизелем и Руби Роуз! :) Так держать! Удачи.»
Нина не верила своим глазам. Она почувствовала, как дрожат её руки.
— Йен… — пролепетала она, подняв глаза на возлюбленного. — Это фантастика…
— Я не читаю чужие сообщения, — сказал Сомерхолдер, — но устройство всех айфонов таково, что, когда человеку приходит СМС, часть текста высвечивается на экране. Так что я уже знаю, — улыбнулся он. — Я ни секунды не сомневался в тебе, мой французский котёнок, — прошептал он, нежно целуя её в волосы.
— Йен, боже… Я не верю! — воскликнула она, поджав губы. — На роль было больше сотни претенденток…
— А что это значит? Правильно, пора перестать принижать свои способности!
Нина, отложив телефон на стол, схватилась за голову руками.
— Ты счастлива? — с улыбкой спросил Йен.
Нина взглянула на него.
— Это не описать словами… Йен, я буду сниматься в «Трёх иксах!» — с этими словами болгарка, будучи больше не в силах сдерживать свои эмоции, кинулась Йену на шею, а тот, быстро сориентировавшись, подхватил её на руки. — Боже, Йен, ты не представляешь, как я об этом мечтала!
— Я знаю, Нина. Я всё знаю, — прошептал он, едва касаясь губами её. — Я так тобой горжусь, котёнок, — сказал он, чуть приподняв болгарку таким образом, что теперь она могла смотреть на него немного снизу вверх, и взглянул ей в глаза.
— Йен, спасибо тебе, что поддерживал меня всё это время. Без тебя я бы сошла с ума.
Нина крепко обняла брюнета за шею и наклонилась к его губам.
— Я люблю тебя. — прошептала она, целуя его.
— Я люблю тебя. — повторил Сомерхолдер.
Нина почувствовала, что, кажется, наконец обрела то, к чему так давно стремилась и что так давно искала: она была абсолютно счастлива. И счастье это оказалось таким простым, таким близким, что Нина и сама не до конца понимала, как в её жизни всё могло повернуться так лишь в одночасье. Однако она не хотела над этим задумываться, а просто наслаждалась тем, что происходит в её жизни, и сильно верила: всё обязательно будет хорошо.