– Практически вы всё верно поняли, несравненная.
– Хорошо, – приняла Мун правила игры. – Другой вопрос – за что вас сюда запихнули?
Темный всё так же широко улыбнулся и шепнул:
– За любовь к чтению запрещенной литературы.
– Списком поделитесь? – попросила она тоже шепотом.
– Нет. Это меня в контроль, а вас, дорогая, сразу на алтарь.
– Ладно, учту. Тогда неприличный последний вопрос – как вас зовут, драгоценный?
– Ой, ну прям так сразу… – он добавил в голос интимности.
– Да. Чтобы не кричать – эй вы там, любитель чтения…
– Ну что вы…
И тут распахнулась дверь, и появился мастер Юсса. Внимательный взгляд на людей и стол, после чего прозвучал вопрос:
– И чем это молодежь занимается?
– Молодежь знакомится, – отозвалась Мун и уточнила: – Мастер, подскажите, как зовут стеснительного юношу, а то он никак не может представиться.
Мастер Юсса, не торопясь, дошел до удобного широкого кресла и ответил:
– Юношу зовут Охо Тна, и он решил пойти путем давно почившего коллеги, чью биографию ты решила изучить. Похвально-похвально, хотя юноше эта книга была бы полезнее с десяток лет назад, верно?
Мастер Охо давяще взглянул на старичка, перестав излучать радость, но обычно работающий метод не сработал. На трехсотлетнего темного взгляды, видимо, давно не действовали.
– Милая девочка, что там с моим чаем? – спросил мастер, устраиваясь в кресле с ногами.
– Сейчас принесу.
Мун заваривала напиток по рецепту мессира и пробовала понять, как относиться к увиденному. Мастер сел в кресло, сложив ноги, вернее, просто разведя по сторонам от туловища и согнув в коленях. То есть сделав то, что для человеческого тела физически невозможно. Точнее, возможно, но с явным травматизмом выворачивания суставов и связок.
– А вам не больно, мастер? – не смогла удержаться Мун, поднося чайничек и чашечку.
Хмыканье со стороны замолчавшего мастера Охо прозвучало резко и ехидно:
– Ничуть, деточка, ничуть.
Печенье на столике и Мун смогла вернуться к себе в уголок, где, мило улыбнувшись, мастер Охо заметил:
– О безграничных возможностях человеческого тела мастер Юсса знает не понаслышке, его за такие медицинские эксперименты приговорили к высылке, что рассказать страшно.
– Значит, вы можете свести веснушки? – услышала Мун главное и снова ринулась к древнему мастеру. – Вот здесь и тут? – показала она на лице.
– Ты совершенна с ними, деточка, ломать природу – только портить.
– Да, да, но я хочу чуть-чуть усовершенствовать, и всё...
– Не стоит, поверь специалисту, не стоит, – отозвался древний благодушно.
Тут появился мессир.
– Каким глупостям учишь мою впечатлительную принадлежащую? – несмотря на суть, тон звучал ровно и приветливо.
– Давно никого не учу, старый враг, – развеселился мастер Юсса, – да и печенья у твоей принадлежащей хороши…
– А-Мун? – обратился к ней мессир.
Пришлось рассказать о веснушках и желании избавиться от них.
Мессир, как ни странно, услышал и пообещал:
– Если через месяц не передумаешь – сведу. А пока сходи за бумагами, а мы чуточку подумаем.
Мун объяснили, что, где и как ей нужно найти, и, уже направляясь к двери, она поняла, что пропустила уход мастера Охо. Видимо, покрасоваться перед ней – это одно дело, а вот показать свои сильные и слабые стороны двум откровенно старым темным – совсем другая история.
Размышления, собственное ехидство и прочие приятные моменты не помешали найти путь вниз, в архив, и получить требуемые бумаги. Почему-то Мун готовилась к пыльным папкам, разваливающимся от толщины, а увидела ряд коробок, одну из которых ей и вручили. Ноша оказалась не слишком тяжёлой, поэтому справилась она без лишней магии. Зато с перемещением на чуде техники!
Мессир пил чай и что-то лениво обсуждал с мастером Юсса. Последний так же лениво отвечал и тоже прихлебывал из чашки. Приход Мун они отметили и велели разложить всё из коробки на столе.
Там оказались две папки с бумагами. Два черных камня. Несколько обрывков веревки. Странные колечки и несколько десятков схем в самом низу. Бумаги и схемы Мун отложила в сторону, а вот камни, веревки и каменные колечки ее заинтересовали. Она крутила так и этак и смогла собрать их воедино. И только после этого спохватилась и решила разобрать свое художество.
– Не трогай, – велел мессир спокойно. – Всё равно нам бы пришлось собирать. Так что у нас тут такое?
Оба мастера долго крутили веревку с камнями и кольцами, потом разложили схемы, потом сели читать бумаги. А Мун осталась не у дел и, вдохновленная веревкой, открыла чистую страницу и взялась за рассказ о странном волшебном артефакте!