- Дони блять! - раздражённо передразнил покрытый немеренным количеством веснушек. Но даже они не убавляли в нём брутальности.
- Десмонд, он Дон. Мы уже не на площадке, чтобы во всех подряд швыряться сопливыми кличками. Командное настроение зависит от каждого участника, ты сам это знаешь. А Донал сегодня его знатно всем подпортил, - он сплюнул в ближайшую урну, будто бы с этим плевком снял раздражение, и добавил, что хочет в туалет.
Говорил мол заходи без меня.
Десмонд провёлся ладонью по лицу, тяжело выдохнул:
- Одри, не кипятись, я с ним поговорю, - после получения ответа тот пошёл прочь, но Десмонд добавил с грустной полуулыбкой на лице:
- И харе из себя ворчливого старика строить, твоя разгульная жизнь совершенно не соответствует этому образу.
- Да пошёл ты! - кинул в него друг и захлопнул дверь в толчок.
Десмонд некоторое время постоял у стены, за которой находились другие двое участников их телешоу. Ещё раз провёлся по лицу, снимая этим движением всю тяжесть, которую он испытывал причём из-за Донала, и ввалился во внутрь.
В помещении стоял длинный стол, накрытый всяческой едой: от простых нарезок до синего торта от фанаток. По бокам разместились скамейки, на одной из стен квадратное зеркало, на другой старинный ковёр, как у бабушки в деревне. Ещё множество пакетов и коробок стояло при входе. Сюда их всё приносила и приносила девушка - администратор их шоу, помогала уставшим парням разобраться в подарках. Лиза, улыбаясь милыми овечьими глазками, кивнула Десмонду в сторону двух его друзей, но тот понял, что она имела ввиду чисто Донала, и скрылась в дверях, схватив со стола пару орешков кешью.
- Дон, ты младше всех, волноваться в твоём положении вполне естественно. Тем более, когда мы в последний раз снимали аж три выпуска за один день? Вон, - указал очкарик на принесённый и распакованный торт, - смотри какой торт от ваших шипперов принесла Лиза. Ты там кажись, - поправил очки, чуток прищуриваясь на сладкое и съедобное изображение себя и других троих, - жопу Деса лапаешь. Фуу, смотри смотри, и мою впридачу. А вот бедолагу Фиша ты обделил в ласках.
Из опущенных до сего момента губ послышался вялый смешок. Расстроенный Донал сам начал разглядывать очередное творение ярых фанаток, готовых переженить между собой всю четвёрку актёров телешоу «Режиссёр» за свой счёт.
- Бля, они опять за своё, - белобрысый уставился на вошедшего Деса и потеребил фенечку на своей левой руке. Не разглядев точных эмоций в его лице, опустил голову вниз, глаза уставились в пол.
- Пойдём, выкурим парочку сигарет, - позвал тот друга, топая к другой двери, расположенной на противоположной стороне комнаты.
Донал без лишних слов встал и последовал за ним.
Сохраняя обет молчания на ещё несколько безмолвных минут встали напротив друг друга. Донал закурил, усмехаясь табличке с надписью "Не курить", Десмонд же смотрел на шоссе, от которого шёл гул проезжающих мимо некончающихся шеренг машин. Полоска неба вдалеке окрашивалась красным заходящим солнцем, над расположением студии вечер же успел накрыть пространство одеялом прохлады.
- Сильно рассорился с Мариной? - шёпотом спросил Дес, вдохнув огромную порцию воздуха в конце.
Донал продолжал курить, смотреть куда угодно, но только не в глаза своего собеседника, и громко молчать. Для Деса именно так и ассоциировалось это молчание с ужасной громкостью. Молчание знак согласия, хотя в их случае не только этого. Ещё какого-то фонового раскаяния, просьбы о прощении с намёком, что это повторится в будущем и не один десяток раз.
- Бросай её.. - в который раз сказал Десмонд, открывая дверь.
- Алекс противоположного мнения, - остановили слова от дымящего друга в проёме железной двери.
- Говорит он одно, чтобы тебя успокоить, а мнения совершенно другого. Он за меня, - громко хлопнув дверью, как последняя истеричка, но без истерики, Десмонд скрылся с улицы.
Донал громко кашлянул и пнул тлеющую сигарету. Его мучала неопределённость, давил выбор, который он не мог принять уже какой год подряд. Страшила ответственность за каждый исходный вариант. Он боялся. Именно из-за этого был рассеян на шоу и раз пять назвал Десмонда - Мюнци. А для долбанных шипперов только дай повод, они прицепятся к каждому слову, к каждой полоске и ниточке на твоей одежде. Вдобавок раздуют из мухи слона и разнесут этот апокалипсис по всем социальным сетям. А бороться с ними невозможно. Из-за этого удовольствие от каждого выпуска, концерта, шоу становится всё меньше и меньше. Больше зацикленности, слежки за своими действиями, словами. Всюду тебя начинает преследовать контроль.