— А что, я должна после первого же свидания прыгнуть к тебе в койку? — недовольно буркнула я.
— Сама придумала — сама обиделась, да, Эля? — ухмыльнулся Измайлов добродушно. — Как это по–женски. Я имел в виду другое. Ты всё так же видишь во мне только друга.
— Потому что только друзья вправе расспрашивать, откуда у меня четвёртый размер и раздавать советы, как мне, взрослой женщине, себя вести.
— Ладно, я понял. Давай так: будем встречаться не как мужчина и женщина, а как друзья. Может, пройдёт время и ты передумаешь. Увидишь–таки во мне мужчину, а не прыщавого задрота.
— Фу, Измайлов! — возмутилась я всерьёз. — Нельзя так говорить!
— Да ладно. Я таким и был в твоих глазах. У тебя пока две картинки не складываются, — рассмеялся он. — Не будем гнать лошадей, будем дружить.
— А ты сможешь?
— А что мне остаётся? Ты же ко мне совсем ровно дышишь. Ну, кроме случая на кухне. Так что, если долго будешь думать, может, совращу тебя и дело с концом! — пошутил мужчина, но прозвучало это отчего–то серьёзно.
— То есть, мы не встречаемся, мы друзья. И мы можем встречаться с другими мужчинами и женщинами? — уточнила я.
— Ну, если ты настаиваешь, — сделал реверанс в мой адрес Измайлов. — Я привык к регулярному сексу и ждать три года, когда ты созреешь, не смогу. Может, ты будешь думать три года, но в моей постели? А там, глядишь, забеременеешь, и думать не придётся…
— Облезешь неровным слоем, — буркнула я, нахохлившись как воробей. И так и просидела до самого дома.
Когда машина припарковалась у подъезда, первым делом я увидела лицо Лидии Ивановны, точащее из открытого окна. Ждёт, прямо–таки испереживалась вся за мою невинность.
«Ну, будет тебе, клюшка старая, представление!» — зло подумала я про себя. Как же достали все эти соглядатаи! Не подъезд, а филиал ада!
Краем мысли я осознала, что злилась не на Лидочку, а на себя, но сейчас ярость клокотала и требовала выхода.
Я выскочила из машины, не дожидаясь, когда галантный кавалер Измайлов откроет мне дверь. Он не успел буквально на доли секунды. Я же приблизилась к нему первой, привстала на цыпочки, прошептала театральным шёпотом, чтобы услышали все, кому не спится: «Это было незабываемо!», и впилась в его рот сумасшедшим поцелуем, вымещая весь тот взрывной коктейль эмоций и чувств, что сейчас испытывала.
Голова отключилась почти сразу. Какая Лидия Ивановна? Какие наблюдатели? Тут вспомнить бы, как тебя зовут! Измайлов не был новичком в поцелуях, более того, он был настоящим профи!
Я клещом вцепилась в его плечи. Ни за что не отпущу. Целуй дальше! И да, вот так держи за талию.
Рука мужчины соскользнула на самую прокачанную в моём теле часть — ягодицы. Крепко сжала. Уверенно, по–хозяйски. И в голове взорвался фейерверк.
Он не хотел отпускать. Уверена, если бы я пригласила его домой, у меня был бы самый потрясающий секс в жизни. Но… нет. Мой дом — моя крепость. Если друга я могла туда пустить, то мужчину — только того самого, в ком уверена.
Убеждения — иногда лучшая защита женщины.
С трудом, но смогла отлипнуть от Сергея. Правда, покачнулась, схватилась за него. Даже головой потрясла.
Ну не может быть ТАКОГО поцелуя с другом! Не может!
— Серёж, я домой.
— Понял, не дурак. Эль, — позвал он, когда я уже сделала шаг в сторону.
— Аюшки?
— Давай в кино завтра сходим. Просто как друзья. Ладно? Не гони.
— Не гоню. И с удовольствием встречусь. По–дружески. Петрова зови, кстати.
— А ты — подружку.
— Договорились.
Я расцвела в улыбке. Чем страдать от мук выбора и сомнений, лучше возьму свой козырь — Милану. Эта мадемуазель мужчин чувствовала за километр и кто из них что представляет, тоже. У неё был один существенным минус — она запросто могла переспать с твоим мужчиной. Но, учитывая, что ни Петров ни Измайлов моими не являлись, риск оправдывал средства. Да и вообще, я бы хотела себе надёжного, проверенного Миланой, мужчину.
Пока я знала лишь двух таких — соседей, Игоря и Андрея. Первый против Миланы устоял, сообщив, что гей, дождался, когда все потеряют к нему интерес, потом привёл в дом девицу, которая, к нашему всеобщему удивлению, потеснила Лидию Ивановну с должности старшей по дому. Второй совратил нашу девочку–конфетку Катю, на остальных вообще не реагировал. Святоша, блин.
С Андреем было обидно. Красивый, видный мужчина, со своим бизнесом и стойкими убеждениями. Ага, стойкими убеждениями, что в жёны ему нужна фиалка, а не роза с шипами.