В общем, деловая колбаса, но в своём стиле.
Немного поколебалась, нужен ли мне пуш–ап и всё–таки надела «правильное» бельишко. Это Петров знает меня как облупленную, остальные–то пока не в теме. А мужчины, это всем известно, любят глазами. Да и сегодня мне нужно быть в полной боевой готовности. В конце концов, Петров может оказаться жадиной, сказал же, что эти десять миллионов действительно работают, обуздывают либидо. Так что, вперёд и только вперёд. Будем нарабатывать запасные варианты, если кое–кто окажется слишком стойким солдатиком.
Когда дверной звонок пропел свою песню, я была полностью готова.
Василий принарядился. Тёмно–синий костюм, белоснежная рубашка, галстук, дорогие часы и восхитительно–терпкий, прежде незнакомый мне парфюм. И букет оранжево–красных роз.
— Это тебе для настроения.
— Спасибо. Шикарно выглядишь, — не удержалась я от комплимента.
— А ты, — Петров окинул меня взглядом, — выглядишь как конфетка. Вроде бы в солидной упаковке, а видно, что внутри коньячок.
— Я не пила! — оскорбилась в лучших чувствах.
— Я не о том. Видно, что ты та ещё штучка.
— А это комплимент.
— Ага. Пойдём? Ты готова?
— Цветы поставлю только, — откликнулась я уже из спальни.
— А сзади вид ещё прекраснее, — оценил мой тыл Василий.
— Старалась, чтобы тебе не было за меня стыдно.
Мне показалось или он сказал: «Мне будет стыдно за себя»? Неужели я его так завожу, что он боится опозориться, как подросток?
Улыбка расцвела на моём лице и не желала исчезать. Я быстро поставила цветы в вазу и вернулась, надела приготовленные на вечер шпильки и выпрямилась, посмотрела на друга.
— Смотрю, ты сегодня во всеоружии.
Петров многозначительно скосил взгляд на мою грудь.
— Дык, охота же! Ловим на живца.
— Тоже верно.
Пока я закрывала дверь, мужчина сопел за спиной и что–то там себе думал. Явно про мой обтянутый тонкой тканью тыл.
— Ну что, идём? — спросила, оборачиваясь и стараясь не сильно улыбаться. Так меня радовала его реакция, просто слов нет. И это только цветочки! Мы ещё даже не доехали до места действия.
— Да, конечно, — рассеяно произнёс Петров, поддерживая меня, чтобы я не убилась на лестнице.
Не стала ему рассказывать, как ловко незамужние женщины умеют передвигаться на шпильках, даже бегать от навязчивых поклонников — и то удаётся. Как приличная, желающая замуж дама, взяла его под руку, заглянула в лицо.
— Как ты? Как день прошёл?
— Идиотски. У нас возникли небольшие накладки с поставкой химии, по закону подлости она тут же всем понадобилась. Да и ладно. Всё решаемо. Просто нервишки к вечеру шалят.
О, милый, скоро ты забудешь обо всех своих проблемах с поставками химией и прочей ерундой. Элечка выходит на тропу войны.
Но… сперва нужно дать ему шанс. Подтолкнуть в нужную мне сторону.
— Вася, можно я тебя кое о чём спрошу очень интимном? — начала неуверенно, когда мы сели в машину, пристегнулись и огородились от всего мира закрытыми окнами.
— Да конечно!
— Вот смотри. Ты взрослый и опытный мужчина. Состоявшийся. Красавец.
— Красавец? — удивлённо спросил Василий.
— Ну да, — без зазрения совести польстила я ему. На самом деле Вася был классным и даже довольно симпатичным, но… обычным. Внешне. По характеру же он — сплошная прелесть. Если не считать молодых девиц и загулов.
— Ну, спасибо, — смущённо произнёс он, выезжая из нашего уютного двора «в большой мир».
— Жениться ты не хочешь, но детей–то планируешь. По–хорошему, их ведь лучше заводить пораньше, чтобы не быть глубоким стариком, когда появятся внуки и всё такое.
— Это да, — легко согласился Василий с моими аргументами.
— Вот я подумала. Если вдруг у меня с личной жизнью всё–таки не выгорит…
И замолчала. Вздохнула нарочито громко. Отвернулась к пассажирскому окну в ожидании, когда он задаст вопрос, собираюсь ли я продолжать.
Однако Петров удивил.
Нет, вопрос он задал. Правда, немного не то, что я думала.
— Ты хочешь от меня ребёнка?
Я вслушалась в его голос. Что, что он вложил в эти слова? О чём думал? Да или нет? Или «я подумаю»? Или «что за бред»?
Посмотрела на него скованно.
— Вась, это просто теория.
Я нервно облизала губы и, посмотрев на него, тут же отвела взгляд.
— Я думал об этом.
И тишина. И мёртвые с косами стоят.
— И? — не выдержала я через пару минут.
— Я хочу нормальную семью и не представляю, как будет с ней сочетаться ребёнок, зачатый по дружбе, — прямо и откровенно сообщил Петров. — Сергею приходится нелегко. У женщин есть определённые ожидания, связанные с ребёнком, с отношением отца к ребёнку, к родившей женщине. В общем, это слишком сложно.