Высокий, стройный, красивый – он всегда нравился девушкам. И он встречался с ними. Еще со школы. И в их компании ему было почему-то комфортнее, чем среди парней. Почему? Наверное там, внутри, Пашка остался не уверенным в себе парнем. Парнем, который все детство слышал от родителей, что «это не для него», когда речь шла о том, что он хочет сниматься в кино или выступать на сцене, что «мужчине нужна хорошая рабочая профессия», что «дурь из головы нужно выбросить пораньше и не тратить жизнь на глупые мечты», что «ничего особенного в Пашке нет», поэтому он должен научиться смотреть на мир реально и не спускать жизнь в трубу.
И он ходил в школу, усердно учился, и даже подал документы в технический ВУЗ, сдав выпускные экзамены, но бушующие внутри его души порывы и страх, что он проживет не свою жизнь, сподвигнули его отправить свое портфолио в модельное агентство.
Тогда, они с Андрюхой и Димкой, купив большой кусок ткани, сделали несколько его снимков на простой Сanon прямо в Пашиной с братьями комнате.
Андрюха еще со средней школы выигрывал все фотоконкурсы. У него было отличное восприятие кадра, непосредственное и совсем не похожее на других. Его фотографии будто жили своей особенной жизнью. Были глубокими и говорящими. Димка отвечал за стиль. В школе он слыл большим модником и даже простую футболку умел носить броско и элегантно одновременно.
И Пашку пригласили на обучение… В элитную модельную школу города…
Отец рвал и метал, мать демонстративно плакала в своей комнате. И однажды, войдя в дом, он увидел собранный чемодан, гордо-вызывающе стоящий в коридоре.
На семейном кухонном совете было решено, что Пашка, пошедший по кривой дорожке, теперь сам по себе. Что с момента «сейчас» содержать себя и свои мечты он будет исключительно за свой счет и не в этом доме.
Он не винил родителей за их решение, тащя за собой чемодан по детской площадке. Он был им благодарен. Благодарен за то, что они, пусть таким способом, но все же дают ему возможность быть тем, кем он хочет, полагаясь исключительно на себя. Благодарен за то, что все эти фразы «это не для тебя», сделали его упертым и настойчивым, выветривая неуверенность в себе, формулируя жизненный девиз: «Я хочу этого! Смогу ли я это сделать? Давай попробуем».
Иногда где-то под ложечкой чувство вины от того, что не оправдал ожиданий близких, терзало его. Но он сделал выбор, что быть собой важнее. И просыпался с этим выбором много лет. И до изнеможения пахал. И никогда себя не жалел. Поэтому в 25 он был востребованной моделью с широкими профессиональными горизонтами.
«Она будет ругаться», - улыбнувшись, Пашка вышел из номера и пошел к морю.
***
«Вот это красотища! - Ксюша смотрела на огни крепости, подходя к воде… Было в этом старом средневековом замке что-то пленящее. Будто на одной из башен вот-вот появится Ланселот и устремит свой взгляд в море, рыцарские доспехи блеснут в лунном свете, а со стороны напротив Гвиневра помашет ему платком, предлагая тайком встретиться. Ксюша закрыла глаза, чтобы запечатлеть в памяти выдуманную картину, и вдохнула морской воздух, - какая красота!»
Уже два года после окончания института она работала в техникуме преподавателем русского языка и литературы.
Не самые популярные предметы среди молодежи, но Ксюша настолько любила свою профессию, что каждый урок был для нее мини-спектаклем. Тщательно готовясь к каждому из них, ей хотелось донести до юных слушателей смысл и привить им интерес к предмету, к книге, к чтению, к познанию нового, к родному языку. И, кажется, ей это неплохо удавалось - природный артистизм играл ей на руку. Но впереди предстоял еще большой путь - она хотела стать профессионалом своего дела.
В том, что она хочет быть учителем, Ксюша была уверена со школьной скамьи. Наверное, ей повезло с выбором учебного заведения, с людьми, которые трепетно передавали ей свои знания. Она восхищенно смотрела на всех педагогов без исключения, помня бабушкины слова, что учитель – святой человек.