- Правду скажу. Всю. Так и объясню.
- Ты взрываешь мою голову, подруга! Что сделал этот Пашка с твоими мозгами? Выкинул и вставил другие? – Аня была в недоуменном раздражении.
- Научил их говорить «да» новым открывшимся возможностям. – Ксюша нажала кнопку «отбой».
Идя по парку и наслаждаясь мороженым, она думала о том, что чувствует сейчас. Почему-то ей было легко. Внутри не было сожалений. Ни о том, что она больше не встанет у доски, чтобы обсудить образ Наташи Ростовой с ребятами, ни о бессонных ночах при подготовке к аттестации, ни об отпуске, который всегда два месяца и летом, ни о кипах тетрадей, которые она проверяла уставшими глазами. Она жалела только о том, что больше никогда не увидит воочию его…, человека, изменившего ее жизнь. И, возможно, тогда, когда она решится позволить себе, он посмотрит на нее с глянцевых журнальных страниц.
***
Катя смотрела на дочь внимательным участливым взглядом. То, что она чувствовала после разговора с ней, невозможно было описать никакими словами.
- Я была такой эгоисткой! - наконец, сказала она, обнимая дочь. – Я ведь ни разу не спросила тебя о том, что с тобой происходит, после того, как ушел отец. Позволила тебе отказаться от своих юношеских дел, переживаний, событий, пока ты сидела дома, боясь оставить меня одну. Я ничего не сделала с тем, что ты живешь мою, не свою жизнь! Ксюша. Прости меня. Прости меня, доченька! Я должна была быть сильной, чтобы показать тебе, что то, что случилось со мной, не обязательно и твоя женская судьба. Что брак, отношения могут быть другими. Я, вместо того, чтобы учить тебя любить и жить полной грудью, жалела себя, чем писала твой несчастливый жизненный сценарий…. Ксюша! Прости меня! Прости! – Катя плакала.
- Мам! Раз так происходило – значит так было нужно. Перестань плакать. Мне кажется, слез в твоей жизни было уже достаточно. Я ни о чем не жалею. Потому что все это сделало меня такой, какая я сейчас есть. Ты, Катерина Ларина, вырастила хорошего человека. И я тебя очень люблю. И я тебе очень благодарна.
Ты говорила, что тетя Таня давно приглашает нас в Питер. Так может махнем? Ты всегда можешь заняться репетиторством в культурной столице. Да и для меня подработка с моим образованием найдется. Хочу поступить на филологический в СПбГУ. Выучить испанский. Стать переводчиком и отвезти тебя в Тосса де Мар.
- Ты могла сделать это несколько лет назад. - Катя смотрела на дочь глазами полными слез и восхищения. – Почему мне не сказала?
- Тогда моей смелости хватало на другие мечты, - Ксюша улыбнулась и поцеловала мать в щеку.
- Ну и когда поедем?
- Как вещи соберем, с тетей Таней договоримся, так и поедем.
***
Пашка сидел в кабинете руководителя Симферопольского аэропорта.
Андрей смотрел на друга и понимал, что любовь творит с человеком поистине чудеса. Он знал, что Пашка может все. Но что настолько все – не подозревал.
- Иван Петрович! Я очень хочу узнать, куда улетела девушка с этого рисунка. Улетела ли и когда.
- Но что вам это даст? В билетах не фиксируются адреса. Максимум, мы можем узнать город, в котором она приземлилась. Но вам он и так известен…
- У меня совсем ограничено время, которое я могу использовать. Так я наверняка выясню следующий этап поисков.
- Танечка, зайдите – Иван Петрович нажал кнопку селектора. – И Вадима Михайловича с охранного пригласите.
Долгие часы поисков не дали никакого результата. Пашка тяжело выдохнул.
- Железнодорожный вокзал, пожалуйста, - сказал он водителю подъехавшего такси.
Он обменялся молчаливым взглядом с Андреем и, не теряя надежды, сжимая кулаки, ехал до следующего пункта назначения.
«Где же ты, Ксюша? - Пашка спрашивал воздух, выйдя из здания вокзала, в котором их тоже ждал отрицательный ответ, будто этот самый вездесущий воздух мог ему помочь, - Как же ты уехала домой? И уехала ли?».
- Мы обязательно что-нибудь выясним. – Андрюха поправил очки. – Она же не могла раствориться в воздухе!
- Обязательно выясним! Не мы, так Димка, - Пашка был полон решимости. Но почему-то заползшее внутрь липкое и нехорошее чувство с каждой секундой лишало его уверенности на успех.