— Не говорил я, что привязываю всех! — разозлился я.
Да ну ее к дьяволу! Столько мороки ради секса на одну ночь. Сейчас высажу, пусть сама дальше топает.
Однако, когда я снова посмотрел на Кайли и увидел, что ее губы подрагивают в улыбке, мое раздражение улетучилось. Чудесно. Похоже, в присутствии этой девушки мое настроение так и будет скакать от лютого бешенства до непонятного веселья.
— Тебе нравится город? — спросил я после короткого молчания.
— Да, — негромко сказала она и рассеянно прибавила: — Так много огней…
— Если хочешь, я могу показать тебе красивые места.
Впрочем, мою спальню ты уже видела.
Кайли вдруг рассмеялась, словно прочла мои мысли.
— Нет, спасибо. Не хочу.
— Да что же с тобой не так… – посетовал я, но ее отказ не убил непринужденную атмосферу. Компания этой злючки оказалась неожиданно приятной, хотя разговорчивой Кайли сложно было назвать.
Я остановил аэробиль у здания, в котором было всего четыре этажа. Очень скромное жилище, но, по крайней мере, район не казался совсем неблагополучным.
— Спасибо, — сказала Кайли. — Спокойной ночи.
Она не стала дожидаться ответного прощания и очень удивилась, когда я открыл дверь и тоже вышел из машины. Потом на ее лице мелькнул страх.
— Я подожду, пока ты зайдешь, — быстро сказал я, чтобы она не запаниковала по-настоящему. — Увижу свет в окне и сразу поеду.
— Не нужно, все будет в порядке.
— На всякий случай.
Она так торопилась со мной попрощаться, что не стала больше спорить. Когда Кайли скрылась за дверью, я потер ладони, разгоняя кровь, и принялся ждать. Через несколько минут в окне квартиры на третьем этаже вспыхнул свет, но силуэта за занавесками не появилось. Кажется, у этой девушки нет даже намека на интерес к моей персоне. Серьезно, даже не кинет взгляд на прощание? И обидно, и смешно.
Я подождал еще пару минут, потом смирился с поражением и вернулся в аэробиль.
Глава шестая
Кайли
Через неделю после того злосчастного вечера у Дафны начались зимние каникулы. Я и не заметила, как пролетели первые три месяца в академии, и теперь поймала себя на том, что мне начала нравиться стремительная жизнь. Но и за передышку я была благодарна. К моему огорчению, Дафна уехала на север на какой-то слёт-ярмарку изобретателей. Алан предложил и мне отдохнуть от работы и куда-нибудь съездить, но я решила, что будет лучше взять больше смен, чтобы немного подкопить. Правда, посетителей в кафе было не так много как обычно: большинство студентов разъехалось кто куда. В столице уже становилось прохладно, поэтому молодежь отправилась на солнечное морское побережье.
В Весталинге не было снежных зим, и морозы, к которым я привыкла в Корвуде, так и не наступили. Я все еще бегала по вечерам. К улицам в неоновых огнях уже успела привыкнуть, а вот пустынные дороги удивляли. Как я потом узнала, на эти недели приходились не только каникулы студентов, но и большое количество отпусков.
Мой коммуникатор барахлил, и, чтобы поберечь его, я уже не слушала музыку. Похоже, скоро придется раскошелиться на новый, а вот покупка компьютера опять откладывается. Хорошо, что в библиотеке академии были стационарные компьютеры, которыми могли пользоваться студенты.
Конечно, я жила не слишком роскошно, но радовалась уже тому, что пока могла заработать себе на жизнь. Алан оплатил только мое обучение и аренду квартиры, и я страшно гордилась своей самостоятельностью. Всё, чего мне хотелось сейчас, — это спокойно учиться, однако и на каникулах я умудрилась угодить в переделку.
В тот вечер я вышла на пробежку позже обычного. На улицах почти не было прохожих. Я сделала привычный круг в среднем темпе, но какое-то странное предчувствие неотступно преследовало меня, а по спине пробегал холодок. Минут через двадцать я решила, что будет лучше отправиться домой, пока мной не овладела паранойя. Я сбавила темп, перешла на шаг и через пару мгновений услышала горестные рыдания. В полной растерянности я замерла на месте, прислушалась и уже решила, что мне почудилось, когда звук повторился. Плач доносился из темного переулка, и, судя по всему, плакала женщина. Какое-то время во мне сражались чувство долга и малодушие, но потом я все же сдалась и шагнула в тень. Скрюченную фигуру разглядела не сразу, но когда мои глаза привыкли к освещению, я поняла, что на земле сидит молодая женщина с ребенком на руках.
— У вас что-то случилось? — громко спросила я. — Вам нужна помощь?
Она подняла голову и, кажется, сильно испугалась меня. На ее лице я разглядела черную татуировку в виде птичьего крыла — типичную для жителей восточных земель.