— Итак? — с нескрываемым сарказмом проговорил он. — Почему ты сидишь в луже?
— Кажется, я подвернула ногу, — жалобно сказала я.
Даррен закатил глаза.
— Да что ты говоришь, — ледяным тоном выдал он, наклонившись ко мне. — Ну что я могу сказать, так тебе и надо.
Он подхватил меня за талию и без особых усилий помог подняться.
— Обопрись на меня.
— Спасибо…
Я вцепилась в него деревянными пальцами и, не сдержавшись, поцеловала в холодную щеку.
— Прости меня, — прошептала я.
— Постараюсь, — мрачно отозвался он. Но суровый тон не обманул меня. Даррен прижал меня к себе и удерживал с неподдельной нежностью.
Когда мы оказались в его номере, я уже порядком продрогла. Даррен приказал мне снять мокрую одежду, и я поковыляла переодеваться в ванную. Из зеркала на меня глянула настоящая кикимора с размазанной по лицу косметикой. Я тщательно умылась, но глаза оставались красными, а лицо бледным. Завернувшись в теплый белый халат, я вернулась в комнату. Даррен, уже одетый в сухое, кивнул на прикроватную тумбочку.
— Принесли горячий шоколад, — отрывисто сказал он. — Ты же любишь его?
Я опустилась на край кровати и взяла чашку с дымящимся напитком. Даррен присел рядом и набросил пушистое полотенце на мою голову.
— Вызвать врача?
— Не надо, — сказала я. — Уже почти не болит.
Я сделала осторожный глоток и перевела взгляд на Даррена.
— А ты как себя чувствуешь? Был в больнице?
Он кивнул и принялся мягко сушить мои волосы полотенцем. Я стиснула горячую чашку в ладонях. Нежные прикосновения заставляли меня вздрагивать так, словно Даррен кричал на меня.
— Постарайся опять не разреветься, — грубовато сказал он. — Хотя бы до того, как выдашь очередной список причин, почему мы не должны быть вместе.
Я еле слышно сказала:
— Ты не понимаешь…
— Все я понимаю. Моя репутация сыграла против меня. И ты мне не веришь.
— Дело не в этом.
Его лицо лишь сильнее омрачилось.
— Значит… Ты все еще обижена на меня? За то, что я сделал… За все, что я сделал?
— Нет! — воскликнула я чуть ли не с изумлением. — Конечно, нет.
В его взгляде мелькнуло нетерпение, и я заговорила, тщательно подбирая слова:
— Даррен, мы разные. Слишком разные. Ты сын сенатора, от тебя многого ждут. Люди, с которыми ты общаешься… Как я могу быть одной из них?
Он отстранился, явно пораженный моими словами.
— Ух ты. То есть дело даже не во мне. В моей свите?
— Ну…
— Скажи честно, — перебил он, — если бы я не был Тюдором, если бы я не был сыном сенатора, ты бы хотела быть со мной?
— О да, — усмехнулась я, хотя в моем голосе проскользнула горечь. — Даже не сомневайся.
Даррен покачал головой, будто поражался моей глупости и недальновидности.
— Кайли, ты меня с ума сведешь… Я тебя не понимаю. Ты хочешь встречаться со мной тайно?
Такая мысль прежде не приходила мне в голову, но сейчас я ухватилась за нее, как за спасательный канат.
— Ты согласился бы на такое? — с надеждой спросила я.
— Ты это сейчас серьезно?!
Он рассмеялся, но это был удивленный, а не веселый смех.
— Ты реально странная! Любая другая была бы счастлива, если бы я предложил ей «нормальные» отношения.
— Не сомневаюсь, — тихо ответила я.
— Кайли, ты… Нет, я не собираюсь больше ничего обсуждать с тобой. Под одеяло. Живо.
Я покорно поставила чашку с какао на тумбочку и скользнула в кровать. Даррен устроился рядом и привлек меня к себе, и у меня вырвался облегченный вздох. День был сумбурный, но сейчас мне казалось, что никакая сила не оторвет нас с Дарреном друг от друга. Я обвила рукой его талию и вдруг услышала, как он тихо заговорил:
— Слушай меня внимательно, Кайли… Ты слушаешь?
— Угу.
— Мне очень жаль. Я повел себя подло тогда… Клянусь, я не хотел причинить тебе боль, я правда не хотел ранить тебя, я просто разозлился… Но это не значит, что я позволю этому повториться. Больше никто никогда тебя не обидит. Просто поверь мне.
Я пробормотала что-то невразумительное, и он вздохнул.
— Не убедил, да? Ладно…
Дождь за окном все не заканчивался, но в кровати было тепло и уютно. Я наконец расслабилась в объятьях Даррена. Ровный стук его сердца успокаивал. Даррен рассеянно гладил меня по волосам, и это убаюкивало лучше колыбельной.
— Я знаю, что ты не все мне сказала.
Я опустила ресницы, оставив и эту фразу без ответа. Честно говоря, я уже выбилась из сил и сейчас была не в состоянии вести разговоры.