— Я бы ущипнула тебя, если бы не боялась упасть.
Поездка стала тем еще испытанием для моих нервов. Мне было страшно с первой до последней минуты. Однако когда я снова оказалась на упоительно твердой земле, мне вдруг стало жалко, что все так быстро закончилось. Вот она, типичная женская непоследовательность.
Мы понаблюдали за трюками Коннора, который то и дело пускал своего коня в галоп, и я предложила Даррену присоединиться к брату, но он лишь покачал головой, и мы вернулись в конюшню. Там я подружилась с понравившимся мне пони и даже покормила его яблочком. Потом мы с Дарреном просто гуляли вдоль изгороди, любуясь весенней травой в рассеянных лучах закатного солнца.
— Хороший день, — выдохнула я, останавливаясь рядом с кустом ежевики.
Даррен отвел прядь с моего лба и спросил:
— Не так страшно, да?
Я улыбнулась и кивнула, а потом обняла его за талию и прижалась щекой к его груди. Даррен коснулся губами моих волос и прошептал:
— Люблю тебя.
Как просто и правильно это прозвучало. Даррен был невероятным человеком, готовым отдать себя без остатка, ничего не требуя взамен. В этой фразе, которую он повторял все чаще, не было и намека на вопросительную интонацию. Иногда мне казалось, что Даррен и не замечает, что я ничего не говорю в ответ. А вот у меня разрывалось сердце от чувства, которое я не могла выразить никакими словами.
Глава девятнадцатая
Даррен
Со стороны могло показаться, что меня забавляет затея с тайными свиданиями. Поначалу так и было, но шли дни, и я все больше задавался вопросом, почему Кайли так боится встречаться со мной открыто. У меня даже мелькала мысль, что она стыдится показываться со мной на людях, потому что студенты академии могут неправильно воспринять ее «капитуляцию». Однако такие переживания были совсем не в духе Кайли — она мало заботилась о том, что думали окружающие. Возможно, она просто не хотела снова быть в центре внимания. Я мог только гадать и надеяться, что она потихоньку привыкнет ко мне и перестанет вздрагивать каждый раз, когда я дотрагивался до нее за пределами спальни.
Еще меня немного напрягало то, что я не мог заявить на нее свои права. Я знал, что Кайли без ума от меня, но взгляды, которыми ее одаривали другие студенты и лаборанты в Южной башне, бесили. А когда кто-то начинал с ней заигрывать… Я едва мог справиться с раздражением. Если бы эти придурки узнали, что подкатывают к моей девушке, это охладило бы их энтузиазм.
Впрочем, учеба скоро должна была закончиться. Я размышлял о том, куда отправиться на каникулы и как убедить Кайли поехать со мной. Нужно было выбрать место, где на нас никто не будет обращать внимания, где нам не нужно будет таиться и набрасываться друг на друга впопыхах. Кайли понравилось море, и я, с твердым намерением устроить идеальный сюрприз, начал искать информацию о подходящих курортах.
За всем этим я абсолютно забыл о возвращении отца, поэтому приказ срочно явиться в главный офис сенатора застал меня врасплох. Видеться с папашей не хотелось. После инцидента в Алистре он даже не позвонил мне, а все «организационные» вопросы решал через Коннора. Я, конечно, не эксперт в семейных отношениях, но, сдается мне, можно было бы проявить больше человечности, раз уж твой сын чуть не погиб при взрыве здания.
Так или иначе, этот старый козел все еще оплачивал мои счета, и отвертеться от встречи я не мог. Я уже был за рулем на пути к Северной башне, когда мне позвонил Стив. В последнее время мы редко общались. Стив особо не возникал и вел себя по-прежнему, но меня царапала мысль о том, что они с Кайли так поладили. Я бы предпочел, чтобы у нее не было друзей среди голубоглазеньких качков. Поколебавшись, я все же принял звонок и нахмурился, когда услышал обеспокоенный голос.
— Даррен, ты сейчас где?
— К отцу еду.
— Поторопись.
— Не понял?
— Слушай, я видел, как наш шеф вел Кайли в Северную башню. Он явно был недоволен.
— Ты уверен? — спросил я, прибавив скорость. — Это точно была она?
— Да, точно.
Я отключил связь и погнал вперед. Мои пальцы судорожно сжимали руль. С чего вдруг безопасникам понадобилась Кайли? Да еще и в главный офис ее потащили… Чего отец хочет от нее? Тревога разъедала меня, и в спешке я припарковался так лихо, что сбил пару указателей.
Промчавшись по вестибюлю, я нырнул в лифт и стал беспокойно расхаживать по кабинке. Минуты тянулись, адреналин жег меня. Наконец я оказался на семидесятом этаже. Секретарши отца не было на рабочем месте; я без стука ворвался в кабинет и перевел дух. Кайли сидела в кресле, а по обе стороны от нее возвышались наши телохранители. Отца в кабинете не было.