Я покосилась на него из-под ресниц.
— О. И кем ты будешь работать?
— Пока не знаю.
У меня вырвался смешок.
— Вот-вот! Скорее всего, обеспечивать нас буду я. Ты не заработал и атона в своей жизни.
— Вообще-то заработал! — возмутился он и отложил компьютер. — Когда мне было четырнадцать, я участвовал в гонках на деньги. И всегда побеждал.
— В четырнадцать лет?! — воскликнула я, разом утратив чувство юмора. — Ты сумасшедший, ты мог убиться!
Я ударила его подушкой, но он перехватил мои руки, стиснул меня в объятьях и довольно улыбнулся. Раздраженно тряхнув головой, чтобы убрать упавшие на глаза волосы, я заявила:
— Ты точно не станешь гонщиком. Я поседею, если буду постоянно переживать из-за тебя.
— Есть другие варианты. Я могу работать стриптизером. Буду заколачивать миллионы!
Недолго думая, я впилась зубами в его плечо, и Даррен охнул от боли.
— Ну ладно! Курьер, официант, строитель… Да найду я работу.
Я перестала вырываться и посмотрела ему в лицо.
— Ты бы правда сделал это? — удивленно спросила я. — Стал бы строителем, чтобы быть со мной?
Он очаровательно улыбнулся и поцеловал меня в нос.
— А что такого? Достойная и уважаемая профессия.
Мое сердце дало перебой. Слова Даррена прозвучали так искренне, так просто. Я сглотнула и опустила ресницы, чтобы скрыть навернувшиеся слезы.
— Ты такой хороший, Даррен. И красивый.
— Ты тоже ничего, — с усмешкой отозвался он и потянул меня на себя. Когда я устроилась на его бедрах, он погладил меня по спине и прибавил:
— Среди моих талантов есть те, которые лучше не включать в резюме. Но я собираюсь продемонстрировать их тебе прямо сейчас.
Даррен
Отец вспомнил обо мне через пару недель. К тому времени я уже практически не появлялся ни в особняке, ни в доме для гостей. Кайли снова ходила на учебу, но все свободное время я проводил вместе с ней. Честно признаться, я боялся выпустить ее из поля зрения, и мне стало спокойнее после того, как она согласилась уехать со мной. Я и раньше думал о том, чтобы свалить из Весталинга, но прежде это была всего лишь размытая идея. Теперь я не сомневался в своем решении.
Пока я не поделился новостью даже с Коннором, но потихоньку начал подготовку. После того как отец лишил меня денег прошлым летом, я открыл дополнительный счет в другом банке, так что на первое время нам должно было хватить. Я не сомневался в том, что наша с Кайли жизнь наладится, как только мы уедем из столицы.
Мне не слишком хотелось тащиться в Северную башню, однако потом я решил, что незачем бегать от отца. Пусть скажет все, что считает нужным. И я тоже выскажусь. Когда я вошел в знакомый кабинет, во мне всколыхнулась ненависть, но я сдержался. Коротко кивнул отцу, который сидел за своим столом, и без приглашения опустился в кресло.
— Мы в тяжелом положении, — мрачно сообщил отец. — Если ты следишь за новостями, знаешь, как много грязи на нас вылили в последнее время.
Я не следил за новостями. И меньше всего меня интересовал престиж семьи.
— Кто-то копает, кто-то из своих. Иначе такую утечку не объяснить. Сейчас слишком многое стоит на кону. Придется чем-то пожертвовать. Я оставлю пост сенатора.
Ну надо же. С чего вдруг такое решение?
Отец угрюмо сдвинул брови и продолжил:
— Коннор займет мое место. Не в этом году, так через три. Так даже будет лучше, потребуется время, чтобы он вошел в курс дела. Да и общественность поутихнет. Но твоему брату потребуется твоя поддержка.
— Не вопрос. Я за него проголосую. У тебя все?
В холодных голубых глазах мелькнуло раздражение. Кажется, отцу не понравилось уже то, что я открыл рот.
— Не мели чушь. Для Коннора будет непросто возглавить западное побережье. Ты будешь решать вопросы, которых он не должен касаться. Так же, как Артур в свое время работал для меня.
Дядя Артур был младшим братом моего отца и его правой рукой. Кажется, он был редкостным мудаком, который запугивал, шантажировал и карал врагов нашей семьи, пока не загнулся от алкоголя и наркоты. Как-то он отправился в отпуск и просто исчез. До сих пор считается пропавшим без вести. Охрененный образец для подражания.
— У тебя появятся новые полномочия. Но и ответственность будет больше.
— Нет.
— Что ты сказал?
Я подался вперед, положив сомкнутые в замок руки на стол.
— Я сказал — нет. Ничего общего с тобой, с компанией и с со всем гребаным кланом Тюдоров я больше иметь не хочу.
Отец усмехнулся и отстранился с брезгливым видом.
— Надо же. Бунт. Чего же ты хочешь? Нужно больше денег?
— Мне не нужны ни твои деньги, ни ты сам. Просто решил лично послать тебя к черту.