Ну, просто не догадался, что вляпался в подпункт о петах, у которых есть двадцать процентов воли, благодаря которым они могут сменить хозяина при плохом обращении.
О котике Александр никогда не мечтал. И не восторгался ими никогда. Но то, что если кот выбрал кого-то хозяином, избавиться от него этому несчастному будет сложно, знал.
И все равно вляпался.
Потому что коты предпочитают тех хозяев, которые хотя бы в курсе, что их надо кормить.
глава 21
Глава 21
Об удаче, препятствиях, ожидаемых и неожиданных, и о прочих сюрпризах.
Как потом оказалось, отсутствие Александра почти никто не заметил. А кто заметил, почему-то подумал, что он ушел общаться с какой-то девчонкой, которая, видите ли, глазки строила.
Девчонки Александр не помнил, попросту ее не заметил. Да и не думал, что кто-то захочет возжелать что-то там построить, а в качестве аргумента тыкал себя в нос и требовал повнимательнее рассмотреть свой нынешний облик. И нет, на вид ему уже было не тринадцать-четырнадцать, а скорее пятнадцать-шестнадцать. Но и это утешало мало, потому что пацан по-прежнему был длинный, тощий и вызывал желание покормить, чтобы от голода в обморок не свалился. В общем, явно не сердцеед.
— Может любительница малолеток? — предположил Джун, за что был обозван идиотом.
О том, как собственно чуть ли не пороге трактира схватили сзади, набросили мешок и утащили прежде, чем он сообразил, что пора сопротивляться, Александр даже рассказывать не стал. Сам виноват, что расслабился и почему-то решил, что мелкий пацан никому и даром не нужен.
А о том, как шел обратно, путался в карте местности, с издевательским наслаждением нарисованной программерами на бумаге, без каких-либо указующих стрелок, рассказывать не стал тем более. И без того чувствовал себя не шибко умным. Особенно после того, как чуть ли не на пороге все того же трактира вдруг сообразил, что выйти в реал, там сориентироваться, а потом уже искать что-то знакомое на бумаге было бы проще.
А еще кот. Который упорно шел следом и делал вид, что он не с Александром. Но парень почему-то был уверен, что теперь именно ему придется этого кота кормить и о нем заботиться. И сбежать от него даже в другую локацию не получится. Наверняка найдет.
В общем, все просто чудесно.
И Александр вообще слабо понимал что и зачем здесь делает. Хоть бери и иди бить мелких монстров, чтобы почувствовать себя сильным и крутым. В игры же для этого ходят? Или нет?
А может все эти странные личности, которые упорно фармят вопреки всему, именно для ощущения собственной офигительной силы это делают?
В общем, у Александра появились новые вопросы и все как-то не в тему.
Соня всегда была уверена, что игровая удача бывает разная. Точнее, разных видов.
Первый вид был тупо запланирован создателями игры. Запланирован для поощрения игроков, а часто для неожиданных взлетов разных лузеров, чтобы другие лузеры видели, что все возможно, особенно если купить вон ту финтифлюшку. Запланирована просто как итог какого-то квеста. Или в честь какого-то события, например, в честь стотысячного убитого монстра с зеленой физиономией.
В общем, первый вид был Соне малоинтересен. Она эту удачу ловить научилась еще сопливой девчонкой и такая удача особо ее не радовала. Ну, разве что в планы идеально вписывалась.
Второй вид удачи Соня и вовсе удачей не считала. Она была в статистике перса и ее при желании можно было холить, лелеять и растить, а потом радоваться, что удары чаще проходят или еще чему-то там. Причем, что самое смешное, люди, которые не покупались на говорящие слова, а всерьез занимались анализом, отлично знали, что в большинстве случаев развивать нужно вовсе не удачу. Большинству персов излишне развитая удача еще и вредила, как ни парадоксально. И, как подозревала Соня, эту строчку на самом деле уже давным-давно используют как ловушку на начинающих читеров. К игрокам, у которых была страсть к развитию именно удачи, у администрации в свою очередь было особо пристальное внимание.