Не знаю, почему я не могу смотреть ему в глаза дольше секунды. Эта небывалая для меня застенчивость заставляет чувствовать себя слегка неадекватной и немного… по-девчачьи. Я переплетаю пальцы и смотрю на свои руки.
– Нет, правда. Всё нормально. Мне понравилось.
– Бет, – он колеблется, – давай начнём всё сначала?
Я разглядываю его – с головы до ног. Мне ещё никто никогда не предлагал начать сначала. Наверное, никто не считал, что я того стою. Внутри у меня всё натягивается, это странное напряжение заставляет меня улыбнуться. Но я слишком хорошо знаю, что в жизни всё проходит, поэтому не удивляюсь, когда улыбка быстро гаснет. Тем не менее я соглашаюсь.
– Давай.
Нас отвлекают раскаты хохота. Чуть в стороне от нас пикапы выстроились большим кругом, в центре которого горит костёр. Кругом полно народу из нашей школы, он повсюду. Что я здесь делаю?
– Готова? – спрашивает Райан.
Нет, но опыт подсказывает, что, когда я пытаюсь убежать, бывает только хуже.
– Вроде да.
Нельзя сказать, что вечеринки для меня в новинку, но на лесной вечеринке с костром я точно никогда раньше не бывала. Какая-то компания танцует перед огромным ржавым джипом. Остальные болтаются возле костра или сидят в кузовах пикапов. Всё это напоминает сцену из «Повелителя мух». По крайней мере, фильм по книге.
Мы с Райаном бредём по колено в траве, она шуршит под моими фейковыми «конверсами». Высокие стебли щекочут меня, хлещут по голой коже, высовывающейся из дырок в джинсах. Ненавижу деревню.
Чем ближе мы подходим к вечеринке, тем медленнее я иду, а Райан вынужден тащиться рядом. С каждым шагом он сокращает расстояние между нами, и несколько раз его пальцы касаются моих. Легкокрылые бабочки порхают у меня в крови, а глупая девчоночья часть меня хочет, чтобы он делал это снова и снова.
Зато другая часть меня убьёт его на месте, если он посмеет.
– Ты не любишь вечеринки? – спрашивает Райан.
– На них я чувствую себя как Даниил, входящий в ров со львами.
Я пытаюсь скрыть улыбку, когда слышу удивление в его голосе.
– Ты знаешь эту историю?
Благодаря недолгому посещению воскресной школы вместе с Лейси я могу цитировать Библию – как Ветхий, так и Новый Завет – и даже помню на память несколько разрозненных отрывков.
– Даже дьявол знает, кто такой Бог.
– Ты не дьявол, Бет.
– Ты уверен?
И опять эта улыбка расцветает на его губах.
– Нет.
Я смеюсь. Это хороший смех. Такой смех, который пробирает до кончиков пальцев ног и щекочет изнутри. Но ещё приятнее слышать его смех, вторящий мне.
– Идём! Даю слово, они тебя не съедят. Половина девушек, которых ты здесь видишь, называют себя вегетарианками, а парней я возьму на себя.
И тут он делает то, на что я втайне надеялась и чего боялась: крепко сжимает мою ладонь и тащит меня за собой.
Мне нравится прикосновение его руки. Оно тёплое. Сильное. И я всего на несколько секунд позволяю той части меня, которая любит ленточки, сплести свои пальцы с его. Если я чему-то и научилась в библейской школе, то только вере в то, что воскрешение из мёртвых всё-таки возможно.
Райан идёт к пикапу, в кузове которого сидят Крис и Логан. Они громко хохочут, но умолкают при виде меня. Лейси, сидящая меж колен Криса, приветливо улыбается мне.
– Свинья грязь найдёт, да, Райан? – смеётся Лейси.
Он фыркает в ответ.
– Ага.
Грязь? Откуда Лейси знает… Я смотрю на свою одежду. Вся в грязи. Зашибись.
– Чёрт, – говорит Крис. – Ты всё-таки уговорил её устроить представление. Ты и телефон ему дала?
Я моргаю.
– Что?
– Ты, блин, держишь его за руку!
Так и есть. Держу. Дура, какая же дура. Пари! Сначала телефон. Потом свидание. Поездка на джипе настолько сбила меня с толку, что я временно потеряла память. Боль пронзает сердце, и я поспешно загоняю маленькую девочку с ленточками в самый тёмный закоулок своей души. Есть вещи, которым лучше не воскрешаться. Я вырываю руку из руки Райана. Вот тебе и предложение начать всё сначала.
– Не позволяй ему навешать лапши тебе на уши, – говорит Крис, скользя пальцами по руке Лейси. – Наш Райан – известный ловелас.
Ной тоже вот так же прикасался к Эхо. Я ещё в школе поняла, что Крис обожает Лейси. Одни парни прикасаются к девушкам, которых любят. Другие прикасаются к девушкам, которыми пользуются. Самые плохие прикасаются к девушкам, которым причиняют боль. Я смотрю на Криса и собираюсь сказать ему, чтобы он пошёл на хрен. Но не могу найти в себе ни капли злости. Я сама как дура, по своей воле попала в это положение.
– Не позволяй Крису тебя доставать, – говорит Райан. – Он бесится, потому что полностью облажался.