Я открыла письменный стол и с верхней полки взяла коробку, отдать в руки постеснялась, кинула в пакет сверху тетрадей.
Вика отложила телефон и, не скрываясь, наблюдала.
Киселев перекинул сумку через плечо и, взяв пакеты в руки, склонился к уху и прошептал:
—Хочу раскрыть тебе большой секрет, Евлампий. Можно обойтись и без них. — Мое лицо моментально обдало жаром. — Это все?
— Да, — ответила я, прочистив горло.
— Отлично. Девочки, хорошо себя ведите. — Киселев нагло улыбнулся. — Евдокия. — Мне пришлось посмотреть в глаза парня. — Если что, звони. Все, ушел. Самолет завтра утром.
***
Летняя сессия. На столе большая кружка крепкого кофе и плитка темного шоколада. Зевая и потирая глаза, я читала конспект, буквы слились в одну синюю кляксу, и я заставила себя перечитывать абзац снова. Опершись на руку, клевала носом, но не сдавалась. Задремала, голова сорвалась, я вовремя пришла в себя и была рада, что не ударилась лицом.
Дверь в комнату резко распахнулась, Вика влетела и выдала:
— Ева, мне срочно надо избавиться от девственности! — Подруга была пьяна ровно настолько, чтобы вести в час ночи подобные разговоры.
Сон как рукой сняло. Отодвинув конспект по экономике предприятий в сторону, я повернулась к Вике. Та шлепнулась рядом со мной и поставила на стол начатую бутылку.
— Что это? — Я с недоверием смотрела на жидкость.
— Коньяк, Сушилина привезла, дед ее делает. Шикарная вещь. — Подруга принесла нам чайные кружки и решила меня угостить. Разлила и протянула.
Заглянув в стакан с милыми зайчатами, я охнула от запаха бормотухи, выпила и закусила шоколадом. Еще неизвестно, что противнее на вкус.
— А теперь рассказывай, с чего такие кардинальные меры? — Я подставила кружку, намекая на горячительное.
— Я вот что думаю. — Вика плеснула еще гадости. — Какой от нее толк? Что, сейчас у нас времена Пушкина, прекрасных дам и галантных кавалеров? Когда девица должна была блюсти себя до замужества? — Я отрицательно покачала головой, мы чокнулись и выпили. — Так вот, от нее одни проблемы!
— Это какие? — Для хорошо подвыпившей, соседка удивительно четко излагала свои мысли. И было интересно узнать, к чему привел мозг, заправленный градусом.
— А я объясню! Ты — девушка…
— Это бы я еще поспорила. — Я грустно посмотрела на свою грудь, откусывая кусочек шоколада.
— И нам, — указав пальцем на себя, а потом на меня, — приходится держать лицо. Мол, еще не время, ты меня торопишь... и т.п. Мы с тобой ждем тех мифических принцев, которые должны прискакать, полюбить и прочий бред. — Подружка икнула. — И вот, только тогда, на ложе из розовых лепестков, в шелковых простынях, потягивая дорогущее шампанское, возможно, принцу перепадет. Мы же правильные, а не какие-то там, прости господи, чтобы кидаться в постель.
— Допустим. — Я еще не понимала, к чему может привести эта логическая цепочка.
— А что делает принц? Он бедный надрывается, и дракона убил, и в кафе сводил, и на коне пару кругов вокруг твоей неприступной башни нарезал, да и тебя терпит. А все потому, что общество обязывает принцессу взлохматить. Иначе другие принцы его не поймут, так еще и ржать будут, как те кони. Вот и получается, мы все отказываемся, а принцам приходится доказывать, что они мужики, и заваливать, и заваливать принцесс… — Подруга выдохнула, закинула кусочек шоколада в рот и продолжила: — Порочный круг. Мы их динамим, а они пыжатся. А зачем? Когда можно иметь полноценные отношения? — Окончила пламенную речь и разлила еще по глоточку. — Я не призываю ложиться под каждого, но, возможно, у вас с Владом бы и по-другому сложилось.
Напиток уже дал свой эффект на мой кошачий вес, и я активно запротестовала:
— Не-е-ет, он бы все равно изменял!
— Скорее всего. Я его сегодня видела с двумя разными девицами. — Вика пригорюнилась. — Да и вообще, я хочу понять, что там за неземное удовольствие такое.
Я прыснула от смеха.
— Что?! — возмутилась подруга.
— С этого бы и начинала, а то пять минут про несправедливость мира рассказывала.
— Ев, а вы с Олегом ни-ни? — просила Вика. Я неопределенно пожала плечами. — Пятый месяц встречаетесь. Что, даже не намекал?
— Да был у нас момент, — ответила я. Не напиток, а сыворотка правды.
— И?
— Пригласил меня к себе, у него родители на отдых уехали. Как ты и говорила, цветы, шампанское. Потом навалился на меня, обслюнявил, аж холодно стало. — Вика слушала с интересом. — В общем, не получилось.
— Почему? Родители вернулись?