- Не все Путилину вперед вырываться! Есть и у меня амбиции. Может я тоже выслужиться перед начальством хочу. По делу ни одной зацепки, ни свидетелей, ни задержанных. А тут само в руки идет — в зоне проводимой милицией операции обнаружен мужик, избивающий бабу. Вид бомжеватый. Возраст — подходит. Алиби — ноль. Мало ли что там подполковник видит, проверить надо..
На жестких железных нарах КПЗ спит, свернувшись калачиком, Николай Сучков, инвалид , получивший три года назад производственную травму, потерявший работу, ушедший в непрекращающийся до сих пор запой, мужчина без определенного места жительства. Три года он скитается по столице, ночует если повезет, в метро, если не повезет, в заброшенных участках городских парков, на теплотрассах. Летом, оно, конечно лучше, и помыться в реке можно, и рыбку там-же наудить, на костерке приготовить. Зимой тяжелее, приходится выживать. За что его задержали, мужчина так и не понял, не успел протрезветь, а сейчас — просто спал, разомлев в теплом месте, укрытый от промозглого осеннего ветра, снега, сыплющегося на землю вперемешку с колючим ледяным дождем.
Не спит и сотрудница одной из первых негосударственных газет, не брезгующая приврать ради успешности тиража, любительница копаться в грязном белье, акула пера, журналистка и редактор одновременно, женщина, не имеющая принципов и чести — Лещинская Ирина Геннадьевна. Ну и что, что козел — Путилин засветил пленку! У дамочки есть еще одна, поинтереснее. Место проведения милицейской операции, а так же всю информацию слил Ире ее двоюродный брат. Не зря она сделала на парнишку ставку, купила документы и сунула, кому — следует, на лапу. Зато теперь среди ментов есть свой осведомитель, предоставляющий любые сведения. Ну и что, что на учете у психиатра? Что с того? По документам мальчишка чист, как воротничок монашки. А что врет, и путает реальность с видениями, даже лучше, жирнее материал .
Из печатного станка вышел первый, свежеотпечатанный, сохранивший тепло машины и запах краски экземпляр — на главной полосе огромными буквами виднеется заголовок:
МЯСОЕД ПОЙМАН, НО СКОРО БУДЕТ НА СВОБОДЕ.
Под ним красуется фото — милиционер приковывает наручниками к забору Николая, Путилин стоит в пол-оборота , со скучающим выражением на волевом лице, что-то неопределенное показывая рукой.
Да, не зря старалась журналистка, бегала по холодному лесу, пряталась в мокрых кустах, завтра этот выпуск произведет эффект разорвавшейся бомбы.
35
Максим шаркающей походкой движется по коридору. Два дня он ничего не ел. Воистину, мужское мясо противно, не чета девичьему, к тому-же, кажется, учитель курил, а это всегда сказывается на вкусе. Мужчина останавливается возле помутневшего, покрытого пылью зеркала, проводит по нему рукой и не узнает себя. В былые времена, в родном городе, Измайлов считался красавцем — девки липли только так, западали на правильные черты лица, чуть раскосые глаза, широкий разлет плеч. А теперь что? Плечи опущены, белки глаз изуродованы разорвавшимися капиллярами, глубокие черные тени ползут от нижних век, змеятся на щеках, болезненная худоба выдает то, что человек — давно голодает.
- Я хочу есть !
- Нет, ты никуда не пойдешь, надо выследить бабу!
- У меня нет сил, я голоден! Если я не поем, не смогу ничего, ни следить, ни служить господину, ни веселить его.
Демон внутри человека отступает, сдает на время позиции, понимая, что на загнанной лошади далеко не ускачешь.
- Хорошо. Можешь пожрать.
Повеселев, Максим вваливается в одну из комнат, на полу которой, на куске старого картона тревожным беспробудным сном спит Эля. Тощие ноги женщины покрывают множественные ссадины, черно-желтые синяки. Кисти рук в порезах, из некоторых сочится кровь, и да, если Туйт следит за своей лошадкой, периодически подкармливая ее, то Сарума на девушку не обращает внимания. Слишком много человек ему нужно контролировать, многим проникнуть в разум, посеять семя зла и раздрая. Потерявшая человеческий облик Эльвира истощена, в отличии от Максима она совсем ничего не ест, единственное, что осталось ей от нее, единственное, на что не смог повлиять демон, единственное, в чем отвратительной твари не удалось ее сломить — тотальный отказ есть человеческое мясо. Жить сошедшей с ума женщине осталось совсем не долго — медленно, но верно, от истощения физического и морального, органы отказывают один за другим. Мужчина пинает Виру, и, не получив реакции, пинает снова.