- Четвертая! Точно, четвертая и пятая! Как много душ для господина! Какие прекрасные черепа!
Женщина поворачивается в сторону непонятного существа, близоруко щурится, поджимая тонким пальцем кожу у левого глаза — чтобы видеть лучше.
Темные волосы развеваются на ветру и демон чувствует тонкий пьянящий аромат — кожи писательницы, ее редкого дара, видит сияние, обволакивающее Алису мягким пушистым облаком. Понятно, почему Саруму так заинтересовала прелестница — подобных ей мало, одна на миллион не в каждом веке. Человек огромной внутренней силы, которую так и хочется сломить, подчинить себе! Но пятая, пятая еще интереснее. Ее дар сияет сквозь этажи, освещает квартал, слепит глаза. Совсем маленькая девочка с огромными невероятными возможностями — если дать такой вырасти - сможет уничтожить не только его, Туйта, как личинку, но и разрушить весь мир Аль — Дусур , подобно огромной атомной бомбе. Не стоит этого допускать! Схватить обеих, хорошенько напугать и притащить к Болдохою. Демон Посадит в казематы — заставить работать на благо планеты, а потом, когда женщина и девочка сломаются, устанут от голода, страха и невзгод — выпьет то, что от них останется. Сила, подобная силе этих двоих — разорвет демона на части, если пить сразу. Но истерзанные, уставшие, голодные, раненые девчонки — восполнят баланс, дадут Саруме еще несколько столетий молодости, могущества и власти, а потом их восхитительные белые черепа украсят гору у подножия трона, займут на ней самое почетное место.
Радуясь своим мыслям, Туйт взвизгнул, подготовился к прыжку, но был перехвачен , командой, брошенной не псу, а другу и молниеносным ее исполнением.
- Колдун, взять! Чужой!
Огромный черный доберман выскочил из кустов стрелой, настиг попытавшегося отскочить в сторону демона, схватив десятисаниметровыми клыками за предплечье.
Клубок из мышц — человеческих и собачьих, когтей, зубов и ярости покатился по земле. Слуга Сарумы отчаянно трепыхался, стараясь высвободиться, доберман не отпускал.
- Рви, Колдун, рви, держи его!
Услышав подбадривающие слова от хозяйки, пес вцепился с удвоенной силой. Туйт взвыл — демон боялся собак. Эти существа были уничтожены в его мире почти при сотворении, потому что ненавидели демонов, успешно охотились на них. Собачьи укусы нестерпимо болели. Раны кровоточили. Псов не стало на планете десятки тысяч лет назад, впрочем, как и любых других живых существ. Не смотря на это, память о них жила, передавалась из уст в уста. Пугало в собаках что -то, принадлежащее самому светлому, чистому из миров. Возможно все крылось в их преданности, верности, готовности отдать свою жизнь, без остатка, защищая хозяина. Раны, нанесенные псом не заживали. Демон, убитый собакой, лишался души, растворялся в небытии без возможности возрождения. Туйт их боялся, избегал, даже самых маленьких. Потому что на генетическом уровне собаки тоже помнили — что должны истреблять врагов человека, хоть бы и ценой собственной жизни.
Работая руками и ногами, убийца пытался высвободиться, да не тут -то было, Колдун не отпускал, орудовал мощными задними лапами, пресекая любые попытки к бегству. Алиса кружила рядом, как назло, не видя никого из прохожих, чтобы попросить вызвать милицию или помочь задержать нападавшего. Внезапно Туйт, борясь за жизнь, укусил добермана в ответ и тот, от неожиданности, ослабил хватку. Демон вскочил на ноги, изогнулся, подскочил и повис на голой ветке ближайшего дерева. Колдун, носясь вокруг, прыгая, заливаясь лаем все же сумел урвать кусок тряпки с грязных штанов — вместе с куском кожи. Демон же, почувствовав резкую пронзающую боль, подтянулся, перебрался выше, взобравшись по гладкому столу почти до самой верхушки раскидистого дуба,и , немного покрутившись — перескочил на соседнее дерево, с него на другое, затем на крышу одиноко стоящего гаража и был таков.
48
В узкой прямоугольной комнате для допросов, освещенной тусклым светом одиноко стоящей настольной лампы, Путилин слушает Эльвиру и волосы шевелятся у него на голове.
Больше двадцати жертв по всей стране — и это только за то время, пока Вира находилась в пособницах у Измайлова.
Следователь давит пальцами на глаза — поднялось давление, шумит в ушах, боль в затылке нарастает. Очень глупо потерять сознание сейчас, упасть, как кисейная барышня, в такой ответственный момент.
- Покажите на схеме здания вход в подвал — просит мужчина, прекрасно зная, где он находится.
Не важно, это — часть работы. Оформить как положено, внести в протокол, а потом — прищучить этого подонка, отправить на расстрел. Несопоставимо легкая, незаслуженная смерть, в сравнении с тем, как погибала каждая из убитых женщин и учитель. Его отец звонил вчера, сказал, что на суде, если тот состоится, будет просить самого легкого наказания, взывать к христианской добродетели, наймет лучших адвокатов. А потом, при перегоне из следственного изолятора на зону, отправит своих ребят — выкрасть мразь. И будет делать с ним все , что тот сделал с его несчастным сыном. Истязать, пока не сдохнет.