- Это значит, ты не позволишь нам попробовать?
- Это значит, выходим на рассвете.
В вытоптанном десятками ног кругу сидели Алиса, шаман, Ольга и Путилин. Бывший следователь прилагал все силы чтобы не упасть навзничь, не позволял гримасе отравляющей боли исказить лицо. Тонкая струйка крови текла из носа по губам, подбородку, мужчина этого не замечал. Взгляд его был сосредоточен на укрытом шкурой ирбиса старом ламе.
Словно тени собирались жители деревни — от мала до велика, молча вставали вокруг путников.
- Что происходит? Шепчет Алиса.
- Тс. Молчи, едва отвечает ей Мунхэ. Сама все увидишь.
- Смахивает на жертвоприношение.
- Даже не представляешь, насколько ты права.
Лама поднимает можжевеловый посох к небу, голос его звучит совсем не по-стариковски:
- Духи предков, взываю к вам. Позволим ли мы этим чужестранцам ступить на путь смертной тени?
Услышав знакомое название шаман и писательница вздрогнули.
Духи молчат, ничто не отзывается на вопрос .
- Жители деревни, взываю к вам. Если кто-то против того, чтобы пустить странников на заветные земли, скажите сейчас, или сомкните уста свои.
Жители деревни молчат, некоторые из них разворачиваются и уходят.
Крестьяне привыкли доверять своему ламе, к тому -же некоторые старики помнят сильного шамана Мунхэ, пришедшего к ним в юном возрасте.
- Ты — посох указывает на бледного, покрытого испариной Путилина, остаешься здесь . И ты — посох указывает на Ольгу, тоже.
Женщина взвивается, вскакивает на ноги:
- Что? Нет, я пойду!
- Не пойдешь. Мужчина останется потому что серьезно болен, не сможет преодолеть путь.
А мать останется, потому что горе ее слишком сильно — лемуриец воспримет энергию горя, колышущуюся вокруг нее, как угрозу , и убьет. Если хотите остаться живыми и иметь хотя-бы ничтожный шанс увидеть близких, ослушаться не посмеете.
К тому — же, тебе придется ухаживать за ним. По — хорошему, лучше бы спустить больного в город. Видишь шишку на голове слева?
Путилин стоит на коленях, озираясь вокруг, словно слепой котенок. С отчаяньем мужчина борется с колотящей болью в висках, но та берет вверх, глаза застилает пелена.
Ольга обращает внимание на давнего друга, подходит к нему и замечает выступ на левом виске.
- Вижу.
Священник качает головой.
- У твоего спутника — рак. В моей хижине есть отвар — ни с чем не спутаешь, пахнет мерзотнее других. Давай каждый час по ложке, и может быть тогда он выживет.
А вы, колдун и цыганка, следуйте за мной, не отставайте. Позволение идти дальше вы получили, но сопровождать вас весь путь я не смогу. А потому, как дойдете до подножия Великой Горы, отправитесь дальше только вдвоем. Путь пролегает как-бы вокруг, да не совсем. В древние времена была легенда, мне рассказал ее отец — кто пройдет кругом Лхо-Ла сто восемь раз, обретет бессмертие, станет святым. Только знаете, в чем загвоздка? Не каждому хватит сил пройти сей путь хотя бы единожды. Пространство искажается уже в предгорьях, а сама дорога — лежит сквозь Долину смертной тени. Названа она так, потому что в старые времена люди ходили туда умирать, да так в ней и остались, не смогли выбраться. Тропа узка, витиевата, камениста. Пройти можно имея цель, будучи сильными духом, имея внутренний взор — у вас обоих он есть.
Ни в коем случае не сворачивайте с пути. Духи станут манить вас, звать голосами родных, привлекая внимание, затем , не добившись результата, начнут пугать — создавать миражи. Идите вперед, даже если покажется, что тропа закончилась. Идите вперед, даже если услышите шум лавины, рычание барсов, грохот каменных обвалов, идите вперед, даже если свет померкнет, следуйте внутреннему взору — он не обманет вас. И еще. Другое название Долины смертной тени — обитель голодного черта. Почему — поймете сами. В пещеру входите с чистой головой, лемуриец не выносит раболепия, лести. Не любит он и наглый натиск. Не забудьте поприветствовать существо на его родном языке — ну а дальше по обстоятельствам.