Выбрать главу

- Не переживайте. Сейчас позвоню в милицию, уж кто-нибудь должен дежурить в ночь. У нас знаете, места глухие, все со всеми знакомы, сумасшедших нет, приезжие случаются редко, а своих хулиганов милиционеры в лицо знают, потому ночуют в отделении не всегда ( так дед говорил) , но все же попробуем.

- Не надо милицию, прошу вас! - юноша испуганно округлил глаза, и сжал лежащую на столе Элину руку, затем, немного смутившись, добавил, - у меня мама политзаключенная, сразу загребут и разбираться не станут.

Смешливый, искренний, не унывающий в столь сложной ситуации молодой мужчина нравился хозяйке квартиры все больше и больше. Открытое лицо располагало к себе.

- Спасибо вам за доброту , я и не надеялся, что кто-то меня пустит. Поезд пропал, с вокзала выгнали, работу считай потерял. Можно я переночую в вашем подъезде, а с утра пойду, попробую куда — нибудь устроиться, хоть грузчиком, денег на обратный билет заработать. Эх, дурак, хотел родителям доказать что чего — то стою, смогу добиться, да видно рылом не вышел. - Парень беззлобно рассмеялся.

- Как вас зовут? Беседуем, а не познакомились, неловко даже. Я Эльвира. Эльвира Бекетова.

- Максимилиан Левинский, очень приятно. Юноша согнулся в вежливом поклоне, не вставая со стула. Темная прядь упала на лоб, обнажив у виска свежий уродливый рубец.

Девушка вздрогнула, словно сбросив какое-то наваждение, улыбнулась .

- И мне, очень приятно. А знаете что, оставайтесь на ночь, постелю вам на кухне, папа не против. Он уйдет на смену ранним утром, так что вы не встретитесь. И работу вам подыскать попробую помочь, должны же люди выручать друг друга. Вы кто по образованию?

- Элечка, спасибо за невероятную доброту, не могу воспользоваться вашим предложением! Неловко!

- Да бросьте, ничем нас не стесните.

- Не знаю, как и благодарить! Я геолог.

- Что вы! Так это же невероятная удача в наших краях, в разработках шахт всегда требуются новые специалисты. Ладно, ложитесь, утро вечера мудренее.

Эля уснула с приятно разлившимся по груди чувством тепла. Только в детстве, когда были живы родители, она была так счастлива, общалась с людьми без страха, не видела в окружающих угрозы, а проснулась от расползавшегося по квартире аромата блинчиков.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

11

Кровь густыми каплями падала с топора. Мужчина наклонился к телу, чертыхнулся, плюнул, замахал руками, отгоняя что-то, видимое только ему. Встал на колени, пошарил по половицам, нащупал валяющийся поодаль мизинец, улыбнулся, кивнул сам себе и сунул окровавленный трофей в карман широкого старого пальто.

На улице ревела метель — зима накрыла ЦФО внезапно. За ночь намело сугробы, засыпало дорожки, и дворничиха, Тамара Петровна, трудившаяся с шести утра, привстала отдохнуть , прислонившись к мощному стволу старой березы. Ничего, сейчас женщина закончит свою работу, выпьет в каморке крепкий сладкий кофе из термоса и пойдет домой — провожать внука — первоклашку в школу.

Откуда-то слева раздался странный звук, будто нечто железное скребло по стеклу:

Скрям — Скрям.

Скрям — скрям.

Пенсионерка повернулась к источнику звука, достала из кармана старые треснувшие очки в черепаховой оправе, спешно надела их на нос.

Какой-то человек, стоя на коленях царапал окно, ведущее в ее теплую уютную подсобку.

- А ну ка, пошел оттуда, пьяница проклятый!\

Женщина шустро направилась в сторону своего рабочего места — ей совсем не хотелось, чтобы кто-то снова разбил окна ( как это сделали прошлой зимой мальчишки-хулиганы, и Тамаре пришлось целый месяц мерзнуть, ждать, пока ЖКО направит мастера, чтобы вставить новое стекло).

Человек не обращал на нее никакого внимания.

Скрям — скрям.

- Я кому сказала, алкаш конченный! Вставай и убирайся, не то лопатой огрею!

Мужчина медленно повернул голову в сторону дворничихи, что-то красное блеснуло на его губах. Застывшее, маскообразное лицо не выражало ровным счетом ничего.

- Мне нужно попасть к котлам, вкусная стерва. Отведи меня к котлам и запри дверь. Я знаю, ты можешь! Сарума Болдохой уже послал Туйта. Я слышал его шаги, видел след.

Скрям — скрям.

Длинные окровавленные пальцы с желтыми обломанными ногтями продолжают скрести по стеклу. Кровь отливает от лица Тамары Петровны, потому что во — первых, в мужчине она узнает местного шизофреника, упрятанного в психушку за попытку нападения на собственную мать - Олега Бойко, а во — вторых, женщина понимает, что за мужчиной по белому снегу, тянется кровавый след, у него в крови руки и рот.