— Она ни о чем не жалеет, — улыбнулась Эля, с теплотой рассматривая фотографии наших сыновей. — Я бы тоже хотела… повторить.
Моя девочка грустно вздохнула. Для нее родить близнецов было большим подвигом. А забеременеть — чудом. Ну, и нашей совместной усердной работой, не без этого. (Ха, я тогда не перетрудился, если вдруг кто переживает!)
Мы обсуждали с ее врачом (нашим родственником — мужем сестры Эли), что на данный момент у нас обоих все в порядке со здоровьем и после фирменного курса лечения от «боженьки двух полосок» мы можем задуматься над второй беременностью…
Но, пока что, мы не особенно пытались… в сравнении с первым разом.
Появление мальчиков осложнило возможность уединиться. Только благодаря поддержке её родителей мы могли побыть друг с другом без риска оказаться в непристойной позе, когда кому-то из пацанов приспичит… что угодно.
Я был крайне признателен её семье в том числе за здоровую психику моих детей.
Наш отпуск на Мальдивы был новым глотком свежего воздуха. Я до сих пор не мог поверить, что у нас целых две недели и мы будем только вдвоем. Рай!
Разговор перетек в обсуждение детских шалостей и родительских будней.
Вера, как истинная чайлдфри (насколько я помнил), на удивление слушала с удовольствием, но о своих планах ничего не рассказала. Рита — болтала о дружбе дочери и крестницы. Роман, как обычно, отмалчивался, но по его глазам было видно, что тема ему не чужда.
Мы устали после перелета и быстро закончили с ужином.
Нас ждали индивидуальные багги, бесшумно скользящие по ухоженным дорожкам, утопающим в зелени тропических растений, к нашим водным виллам.
Словно по волшебству, багги вынырнул на деревянный причал, где нас уже ждала наша вилла, нависшая над кристально чистой лагуной.
— Ох, как здесь красиво! — выдохнула Эля, широко раскрыв глаза от восторга. И я не мог с ней не согласиться.
Вилла представляла собой настоящее произведение искусства — просторные комнаты с панорамными окнами, огромная терраса с шезлонгами и зонтиками, и, конечно же, собственный бассейн с видом на бескрайний океан.
Еще днем Эля, словно маленькая девочка, бегала по вилле, заглядывая в каждый уголок и издавая восторженные писки. Она открыла двери, ведущие на террасу, и ахнула.
— Боже, какой вид! Это просто сказка! — воскликнула она, прижимаясь ко мне. — Мы обязательно должны поплавать в этом бассейне ночью! Представляешь, как это будет здорово — плавать в бассейне под звездным небом? — ее глаза загорелись озорным огоньком.
Как я мог ей отказать? Я никогда не мог отказать ей ни в чем, особенно когда она смотрела на меня этими своими лучистыми глазами.
Когда мы подъехали к виллам, то оказались у дверей соседних домов. Роман, заметив это, шутливо проворчал:
— Ну, бля, теперь нас ждет марафон стонов каждую ночь! Изумрудик, ты беруши взяла?
Рита лишь закатила глаза и легонько шлепнула его по плечу:
— Отстань от моих милых лапушек.
— Кролики тоже лапушки! Ты же в курсе, как часто они трахаются?
— А ты думаешь, ты сюда спать приехал? Я тебе не дам!
— О, а я-то надеялся, что дашь, моя госпожа…
Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим виллам, постоянно подкидывая шутки на ночь глядя.
Не успел я закрыть дверь, как Эля набросилась на меня с поцелуями. Она начала быстро раздеваться, сбрасывая платье на пол и шепча:
— Наконец-то! Поплаваем? Пожалуйста!
— Но… Ты весь вечер зевала, — посмеивался я, позволяя ее пронырливым пальчикам расстегнуть мою футболку поло.
— Я притворялась! О, как же я хочу поплавать в этом чудном бассейне под звездами, вместе с тобой… голая! — ее голос звучал умоляюще и одновременно сексуально-требовательно.
Я сдался. Кто я такой, чтобы перечить жене? К тому же, признаюсь честно, мне и самому был по кайфу ее настрой.
— Хорошо, секс-террористка, — сказал я, начиная раздеваться. — Сопротивление бесполезно.
Я шел за Элей к бассейну, снимая с себя одежду и невольно любуясь ее идеальным силуэтом, медленно входящим в воду при свете луны.
Каждое движение было исполнено грации, словно она была рождена для этой лунной ночи, для этой бирюзовой воды, для этого райского уголка.
Внутри меня бурлило сложное смешение чувств: восторг, восхищение, нежность, желание, а еще какое-то щемящее предчувствие, будто мы находимся на самой вершине счастья.
Я был околдован ее красотой, ее непосредственностью, ее аурой, которая заполняла собой все мое пространство. Она была моей музой, моей искусительницей, моей вселенной.