КОНЕЦ
2. Красный берилл
POV Рома
Зимняя Юта — та еще недружелюбная сука.
Пронизывающий ветер хлестал по лицу, забиваясь под воротник куртки, а редкие клочки снега не добавляли оптимизма пейзажу.
Во мне теплилась надежда, согревавшая куда сильнее, чем термобелье и шерстяные носки…
Я, наконец, увижу его — камень, ставший идеей фикс, неуловимой мечтой, за которой я гнался долгие годы.
До шахты оставалось доехать несколько километров по узкой, петляющей дороге, выдолбленной в красном песчанике.
Джип, предоставленный местной компанией, трясло на каждой кочке, но я не обращал на это внимания. Мысли были далеко впереди, внутри шахты, возле кристалла, о котором мне рассказывали ребята.
Вход в шахту зиял черным провалом. Запах сырой земли и машинного масла ударил в нос, смешиваясь с легким привкусом пороха, оставшимся от взрывных работ.
Здесь царила своя атмосфера — сумрачная, таинственная, пропитанная духом приключений и азарта.
Я обожал подобные поездки больше всего на свете! (После секса, конечно же!)
Ребята ждали меня у самого входа — Дэн, мой бессменный помощник, всегда готовый к любым испытаниям, и молодой, но перспективный геолог, Марк.
Их лица, покрытые пылью и мелкими царапинами, светились энтузиазмом.
— Босс, мы нашли его! — выпалил Дэн, не дав мне и слова вставить. — Он там, внутри. Охуенный камень!
Их возбуждение передалось и мне. Сердце заколотилось с удвоенной силой.
Я надел каску, последовал за ними вглубь шахты, в лабиринт узких, извилистых коридоров, освещенных лишь тусклым светом шахтерских ламп.
Фонарь на каске выхватывал из темноты балки подпирающие стены, потолок. Мне всегда нравилось это ощущение — погружение в недра земли, в самую суть мироздания.
Это было сродни исследованию неизведанного космоса, только в обратном направлении.
Ощущение опасности лишь добавляло адреналина. Чёртовы оползни, внезапные выбросы газа, обвалы — все это, конечно, неприятно, но именно эти риски делали каждую находку еще более ценной.
Риск — это неотъемлемая часть работы геолога, особенно когда ищешь что-то настолько редкое и ценное, как красный берилл.
С детства меня завораживали камни. Их твердость, их цвет, их способность хранить историю Земли.
Я проводил часы, разглядывая их под микроскопом, изучая их структуру, пытаясь разгадать их тайны.
С годами это увлечение переросло в профессию, а затем — в одержимость. Одержимость поиском идеального камня, квинтэссенции красоты и чистоты — биксбита.
Я ускорил шаг, предвкушая встречу с камнем, который, возможно, изменит мою жизнь.
Ощущение опасности сменилось волнующим предчувствием. Чувствовал вибрацию каждой клеткой своего тела.
Двигаясь по темному, холодному тоннелю, я невольно вспомнил отца.
Старый сукин сын, скептик до мозга костей. Он никогда не понимал моего увлечения камнями. Ему нужна была конкретика, ощутимый результат, польза для общества.
А камни, по его мнению, были лишь пустой тратой времени и денег.
Помню, мне было лет тринадцать, когда я принес домой свой первый, по-настоящему ценный экземпляр — небольшой, но идеально ограненный аметист.
Я гордо показал его отцу, ожидая похвалы и одобрения. А вместо этого услышал лишь язвительное:
— Камешки, значит? Ждешь от меня восторженных аплодисментов? Лучше бы делом занялся, а не ерундой страдал. Инженером, врачом стал бы — людям пользу приносил. А так — такое же бесполезное занятие, как и смысл твоего существования…
Слова отца ранили меня в самое сердце.
Я озлобился и замкнулся в себе. Стал еще усерднее заниматься камнями, доказывая самому себе, что я не занимаюсь ерундой. Но обида на отца так и не прошла. Она затаилась где-то глубоко внутри.
Даже сейчас, идя по этой шахте, я думал о нем. Если я найду этот камень, если он окажется именно таким, каким я его представляю — чистым, ярким, бесценным — я стану легендой.
Мое имя будет вписано в учебники геологии. И тогда, надеюсь, отец поймет, что я не просто «пыль собирал».
Меня охватило знакомое чувство вины. Почему любое мое достижение происходит как будто назло ему? Почему я до сих пор так завишу от его мнения? Почему я не могу просто порадоваться успеху, не оглядываясь на прошлое?
Впереди забрезжил свет. Я ускорил шаг.
Наконец мы добрались до места. Небольшая пещера, выдолбленная прямо в скале.
В центре, на грубо сколоченном столике, лежал он. Все еще будто бы утопающий в куске горной породы.