Что тут сказать? Пиздец…
— Мне всегда казалось, что любят не за что-то, а просто… так. Любят и всё.
Альбина выдохнула, а он всё же развернулся корпусом, оказался в опасной близости от мелкой засранки, откровенно пытающейся его склеить.
— И, – прошептал Николай, — пох на твои сиськи, умения в постели и прочую хуйню. Включая вечерний стендап.
Девчушка обиделась. Правда доказывать, что она права, не перестала. Пыталась изо всех сил.
— Им сложно снимать квартиру, – прошептала Виталина, оправдывая несправедливость.
А для Козырева это она и была – Лина значит квартиру заработала своим трудом непосильным, а сестра вышла замуж и родила и оказывается это теперь в приоритете. Прикол.
— А тебе не сложно своего угла не иметь? С каких пор – заделать ребёнка, это достижение, как кубок или медаль заработать? Мне казалось, что уж тут у большинства никаких проблем не возникает, серьёзно?
“Особенно у такой, как Альбина”, – хотел добавить Николай, но сдержался.
Вита хотела что-то сказать, наверное у неё нашлись бы ещё доводы оправдывающие сестру или маму, как всегда, но она заметила, что Ник едет не обратно, а…
— Ты едешь домой?
Она точно знала эту дорогу – знакомую дорогу в дом, где ей было теплее, чем где бы то ни было. И точно лучше, чем у себя дома.
Виталина до обморози испугалась!
Глава 9
Ник не ответил на вопрос, он завернул на дворовую территорию, потом нашёл место для парковки.
— Вылезай, – скомандовал, когда заметил, что девушка до побелевших костяшек вцепилась в пакеты с едой. — Виталина, я же могу вытащить тебя. Что за тяга спать, где придётся – замызганные диваны в подсобках, машины… правда прёт?
— Ник, – она подняла на него полные ужаса глаза. — Нет, Ник, пожалуйста, я не могу. И твои мама и папа… Ник…
— Они за городом, – он понял, чего её так переклинило.
И да, не сомневался же, что Виталину переполняет стыд. И перед ним, и перед его родителями.
— В том доме, – пояснил, передёрнул плечами, чтобы скрыть досаду от резанувших воспоминаний о тепле и счастье, которое было у них с ней, на двоих. И казалось, что ничто этого не подкосит, что это чувство эйфории не отпустит – это же нереально вообще!
— Зимой? – поддалась всё же Вита, когда Ник обошёл машину и открыв дверь со стороны девушки, забрал у неё воду, пакеты и помог вылезти.
— Папа нанял рабочих, чтобы всё доделали, надо было быстро – это спасло затянувшийся проект, – невесело пошутил Козырев.
И он бы сам всё доделал. Он тот дом хотел для них двоих обустроить. Хотел… мечтал… пох!
— Что случилось? – а Виталина всё же не смогла избавиться от этого ощущения Ника. Его чувств. Его переживаний. Этих сигналов, которые улавливала, даже когда он не хотел и усиленно закрывался.
— Мама заболела, – парень потащил слегка упирающуюся девушку к подъезду.
Он уже успел себя так обругать, что… только понятно, что не понятно – какого хрена он творит?
Зачем? Зачем?
Бля, зачем?
Но только никак не мог унять себя, и вот это развороченное, разорванное на куски сердце – она поругалась с мамой из-за его слов.
Она ушла из дома!
Николай же знал какой была Наталья Аркадьевна – сука и манипулятор. Чудовище.
Его столько времени подрывало, что потерял он Виту именно из-за того, что не успел вытащить из хватки этой властной, подлой стервы.
И нет, он ни разу не стыдился своих мыслей и отношения к матери девушки, которую любил безумно. Потому что это в него рыдала Лина, когда ей было плохо и она хотела всё бросить. А уж, когда он один раз увидел метод, которым мамуля приводила его Витаминку в себя, перед выходом на лёд…
Он тогда себя с трудом сдержал, чтобы руки ей не сломать. А ведь Козырев очень миролюбивый и спокойный – душа-парень, любой скажет.
Только внутри игры был зверем.
И вот рядом с Натальей Аркадьевной.
— Тётя Света заболела? – Вита вцепилась в руку Николая и встала, как вкопанная.
— Пошли, а то холодно, – буркнул парень.
— Нет, Ник… нет! Скажи, что случилось?
Вита обожала семью Козыревых. Они были потрясающие. И в её понимании только в этой семье наверное и мог вырасти вот такой невероятный мужчина, как Ник.
— Инсульт, – ответил он и потянул Виту, которую затопило тревогой и печалью. — Когда узнала, что случилось со мной.
Козырев затащил девушку в подъезд, вызвал лифт.
— Всё хорошо, – его взвинтило тоже от воспоминания о беспомощности и от вины, потому что считал себя виноватым, пусть и не был. Сейчас видел, как глаза Виталины наполнились слезами. — Конечно есть небольшие проблемы – память, координация. Но нам повезло. Папа вызвал скорую, словно сыграл на опережение. Правда думал, что это что-то иное.