— До дома поможешь добраться? — набравшись смелости, спросила Рита.
— Может, жениху позвонишь?
— Какому? — Не поняла сходу ни мрачного вида Кости, ни его вопроса.
— Своему. Или ты еще не решила, за кого замуж выходишь? Как всегда держишь пару запасных.
— Кого запасных?
— Женихов, — Костя, всё так же мрачно взирая на Риту, подхватил её подмышки и вынес из магазина, донёс до поворота к лифту и поставил возле кадушки с какой-то разлапистой пальмой.
— Ничего не поняла. Какие женихи? Почему запасные?
Костя глубоко вдохнул и шумно выдохнул.
«Нервный он какой-то», — подумала Рита. — «Или голодный. Мужик когда голодный, всегда нервный».
— Может, в кафе поедим? — выдала она.
У Кости дернулся левый глаз.
— Неее. Это с женихом. Звони давай. И попрощаемся.
— Да кому звонить? Маринкиному Лёхе, что ли? Так он не приедет. Ему до города пилить часа два. Я уж лучше на такси.
«Он ещё и отупел от голода наверное. Сахар в крови упал и всё, совсем туго соображает». Хотя и сама Рита как-то с трудом соображала.
— Ты что еще и у Марины жениха увела? Тоже про запас?
— Никого я не уводила! — возмутилась Рита. — Почему про запас?!
Рита, опершись о кадку, стояла как цапля, поджав ногу и крепко прижимая к себе коробку с туфлями.
— Ну а как ты в школе с Егоркой шашни крутила, а мне глазки строила! Я как дурак тебе валентинку в десятом классе нес и розочку. Хорошо, Надя просветила, что я для тебя запасной вариант. Хоть дураком не выглядел.
Если бы слова из популярной некогда песни были правдой, то Рита бы взлетела, до того сильно она хлопала ресницами.
— Надя сказала? Шашни с Егоркой? Ничего не понимаю. Ты же сам с Надькой гулял и целовался!
— Так это она предложила, чтоб ревность твою вызвать. А ты… — Костя неопределенно как-то помахал руками, чуть не выронил гантели и уставился на Риту.
— А что я? Я была уверена, что ты в Надьку влюблён, ей цветочки таскаешь и тискаешь в подъезде. Вот я и … по совету Нади на Егора обратила внимание, чтоб ревность твою вызвать, — уже совсем тихо закончила Рита.
— Интересненько вышло. — Костя помолчал, помял коробку в руках и спросил: — Замуж-то за кого выходишь?
— За Лёшку, он на год старше был. В «А» классе. Рыжий такой. Только не я выхожу, а Маринка.
— Сеструха? — переспросил Костя.
— Ага.
Рита всё ещё переваривала предательство Надьки и сложившуюся ситуацию, поэтому не заметила, как Костя подхватил её. Очнулась уже у него на руках.
— А куда?..
— В кафе. Будем праздновать свадьбу твоей Маринки.
— Так свадьба в субботу.
— Отлично. И в субботу продолжим. Ты же меня пригласишь.
— В качестве кого? — изумилась Рита, которая никак не успевала за сменой настроения и потоком информации.
— Да хоть жениха.
— Запасного?
— Нет. Основного. Только основного.
Везучая
Везучая.
— Соли у меня нет! — сказал, как отрезал, мужчина в красивом темно-синем деловом костюме. — И сахара нет. И спичек тоже. У меня электрическая плита! — Зачем-то добавил он и нервно дёрнул узел галстука, такого же синего как и костюм.
— Мне не нужен сахар, и соль не нужна. А спички у меня есть, — зачем-то начала оправдываться Ия.
Она не ожидала увидеть на пороге квартиры этого серьёзного, даже злого, мужчину. Обычно она общалась со строителями, которые наплевав на время, долбили стены или работали перфоратором.
— А что нужно? — мужчина сжал губы в тонкую полоску и сложил руки на груди.
Как будто это не он своим ремонтом мешает Ие вот уж который месяц. По его позе и тону разговора выходило, что всё наоборот: это Ия мешает ему.
— Покой мне нужен. Хотя бы с девяти вечера до девяти утра.
— А…, — мужчина расцепил руки и провел ладонью по волосам. — Вы точно не за сахаром?
— Нет. У меня есть свой. Хотите одолжу?
— Нет, — как-то даже истерично воскликнул мужчина. — Ни пирогов, ни сахара, ни секса. Ничего не хочу!
Ия не смогла удержать брови на месте.
— Извините. Просто навалилось всё. И работа. И ремонт. И соседки ваши, — мужчина приглашающе махнул рукой вглубь квартиры. — Проходите.
Ия переступила порог, но в квартиру не стала проходить. И дверь за собой запирать не стала. Мало ли…
— Я ваша соседка снизу. И уже не один раз разговаривала с вашим прорабом. А он только обещаниями кидается, — Ие тяжело давались скандалы, не умела она это дело, не умела и не любила. Поэтому речь заготовила заранее, а теперь её приходилось перекраивать с учетом того, что дверь открыл сам хозяин квартиры. — Я устала от шума. Тем более, что сверлят постоянно. Без перерыва. Но вечером-то хотя бы можно сделать перерыв!?
— Я вас услышал, — мужчина кивнул всё с тем же суровым выражением лица. — Я до этого был в отъезде и не знал, как ведутся ремонтные работы. Но теперь, я обещаю, режим тишины будет соблюдаться.