По приезде люди пошли доложить о произошедшем
-Кластер скоро перезагрузится, вот и подтягиваются мутанты, - объяснил Седой.
-Понимаю. А что делать?
-За добычей идти. Эти олухи не распотрошили мутантов. Спораны и горох лишними не бывают.
-Посмотри, командир, - обратился Седой к Ивану. – Любаша забила зараженного более опасного, чем она сама.
-Она же расстроилась. Её имущества пытались лишить. Обидели до глубины души.
Седой и Иван начали проверять споровые мешки. Добычи было немного, но она была. Десяток споранов и три горошины.
После этого они вернулись в мастерские. Там заканчивали грузить ворота. Забора уже не было.
Иван и Седой вошли в здание. Механик, очень довольный, обрезанный верх броневика пристраивал на старую газель. Её изначально не собирались брать с собой Два старых уазика уже были переделаны в бронемашины. Издали их нельзя было отличить от настоящих. Именно их предстояло сжечь, если операция пройдёт успешно.
-Командир, зачем зря технику гробить. Что не подлежит ремонту, я отрезал. Копии сделаю – не отличишь. Какая разница, чему гореть?
-Хорошо отгоняй. Только свой псевдо-броневик доделай.
-Слушаюсь, командир.
Всё остальное было погружено на платформы и приготовлено к перевозке. Сверху техника внешников была предусмотрительно накрыта брезентом.
Седой посмеялся:
-Иван, ты всех заразил хомячеством. Колонну собрал огромную. Я даже у внешников такой не видел. И самое главное, оружия почти нет. А вы выезжаете.
-Как это нет. Кое-чем обзавелись.
-Для охраны такой колонны – это ничто.
-Ничего, мы их на марше догоним. А у тебя оружие есть. Даже танк.
-Погоди, ещё с внешниками разобраться надо.
В их разговор вмешался Бузотер:
-Командир, возьми меня с собой. Я в армии в десанте служил. Сержантом был.
-До капитана повысим, - предложил Седой. – Действительно, надо взять. Если переодеть в форму внешников, чисто сэр Гартнунг. А Снайпер фигурой схож с Гольдсшмиттом.
-Как скажешь, Седой. Но он форму с мертвого снимать не хотел, а тут одевать надо.
-Тогда я думал, что ты прикалываешься, а как понял, что для настоящего дела, куда мое упрямство делось. Сейчас одену и не поморщусь. Лучше форму после мертвого носить, чем самому мертвым быть.
-Рассказывай, Седой, что придумал.
-Гартнунг выходит из броневика, чтобы принять контейнеры. Гольдсшмитт принимает живых людей. Но они сидят и ждут, пока солдаты с ошейниками на шеях вначале всё досконально проверят. Здесь и будет время освободить солдат от ошейников. Потом Гартнунг идет проверять контейнеры. В это время Темный показывает Гольдсшмитту ожерелье. Вот этот эксклюзив. Увидев это ожерелье, Гольдсшмитт обо всём забудет, а не только об Гартнунге. В этот промежуток меняем Гартнунга на лже-Гартнунга. Бузотер и так похож, а если на него противогаз надеть, так и вовсе. А говорить ни о чем не надо. Только презрительно показать рукой или ткнуть пальцем. У Бузотёра это получится, я покажу жесты Гартнунга. Лже-Гартнунг садится на заднее сидение. Затем происходит замена Гольдсшмитта. А дальше по обстоятельствам. Лже-Гольдсшмитта долго нет. Гартнунг опять жестом отсылает водителя. Водителя нет, но появляется лже-Гольдсшмитт. Теперь на розыск водителя отправляется стрелок. Солдатами в это время Механик и Электрик занимается. На этом операция заканчивается. Но наши ряженые продолжают сидеть. Потому что передача будет вестись. Они её отключают, когда заберут товар. Правила безопасности.
-А стрелка и водителя?
-Там важны только силуэты. Гартнунга и Гольдсшмитта мы уже ликвидируем.
-У вас не операция, а сплошное хождение.
-Лучше плохо ходить, чем хорошо стрелять. А в данном случае стрелять будут в нас.
Возмутился Валет, выслушав столь нелепый план:
-Слушайте, всё шито белыми нитками. Десятки допущений. Я понимаю, что этого не может быть никогда, но я верю, что у нас всё получится.
Иван согласился с Валетом:
-Я тоже верю. Не верил бы – не начинал. Давайте проверим колонну. Всё должно быть готово к выезду рано утром.
Иван, Седой и Тёмный обошли всю колонну.
-Ни хрена себе, мы насобирали всякой всячины. Прямо переселение народов.
-Наши мутанты волнуются, - отметил Иван, - надо утром пройти хабар пособирать. Люди пусть из машин и носа не кажут.
-Да они и без приказа из машин не выходят. Даже стеклышко не опускают.
-Это, Валет, правильно, - продолжил Иван. – Это не трусость, это осторожность.
-Я согласен с этим. Даже если и трусость, дольше проживут.