- Да откуда я знаю что у психов на уме? – выдохнула Айрин куда-то ему в шею. Ей стоять тоже было неудобно, но пошевелиться она боялась еще больше, чем Юнги.
- Чтоб его. – пропыхтел Юнги.
- Да, кстати, эта девушка – новая коллега Сильвии. То ли Джейн зовут, то ли Гейл. Я не расслышала, а переспрашивать было неудобно. А что, понравилась? – Она хотела поднять голову, но больно двинула макушкой в челюсть Юнги. Оба застонали, но, к счастью, Страшный Пит уже скрылся на лестнице.
Юнги наконец отодвинулся. Все это время он опирался на больную руку, и она начала ныть. Теперь еще и в челюсть получил. Это не женщина, это катастрофа какая-то. Но в эту минуту ему вспомнилась та красавица с благотворительного вечера, которая так плавно двигалась и изысканно держала бокал, и он благородно простил Айрин. Айрин и не подозревала, что ее только что обвинили и простили. Она бы, конечно, была рада.
- Так что, понравилась? – не отставала Айрин.
И тут снова выплыл Пит. Айрин опять дернула Юнги на себя. Тот снова повалился на больную руку, застонал и решил, что даже за тот вечер больше ее прощать не будет. Она ж его покалечит и даже не заметит. К сожалению, в этот раз Айрин среагировала недостаточно быстро и ее заметили. Юнги оглянулся, понял, что Пит заметил Айрин и идет прямо к ним, посмотрел на Айрин, вздохнул и прижался губами к ее губам. От неожиданности Айрин крякнула не вполне романтично, но Пит все же изменил траекторию и прошагал мимо. Айрин и Юнги, не разнимая губ, косились в спину удаляющемуся Питу, рискуя заработать косоглазие. А пока они косились на Пита, со стороны лестницы на них смотрел Чонгук. Ну почему Юнги? Чонгук отбил бы Айрин у любого другого парня, да хоть у черта лысого. С того благотворительного вечера он не переставая думал о ней. Хотя нет, думать он не переставал с того момента, как отвез ее, спящую, домой. Но Юнги – это другое дело. Это друг, брат, это семья. Он постоял несколько секунд, развернулся и пошел вниз. Наконец Страшный Пит скрылся в дальней комнате. Юнги отстранился и брезгливо вытер губы. Айрин от такого хамства чуть не задохнулась!
- Юнги, да как ты можешь? Да со мной половина мужского населения страны мечтает поцеловаться!
- Да что ты говоришь? А на кой ты тогда эту гадость на губы мажешь?
Айрин мазнула по губе и понюхала палец. Ничего особо не почувствовала, поэтому порылась в сумке и достала тюбик, выдвинула помаду и вдумчиво понюхала. Запах действительно был странный. Помада-то была дорогая, но, видимо, слишком долго пролежала в сумке. И как она не заметила, когда губы подкрашивала?
- Черт бы побрал этого Бобика блохастого! – выругался Юнги. – Пойдем отсюда быстрее, пока он обратно не поперся.
Они вышли на лестницу, Айрин остановилась, чтобы вытряхнуть какой-то камушек из туфли, Юнги был уже на несколько ступенек ниже, а из-за поворота появился Пит. Айрин привалилась к стене и застонала. Отвязаться от этого самовлюбленного дурака было практически невозможно. А он уже раскинул руки для объятий и пошел вниз. И тут Юнги, перекрикивая музыку, заорал: «Что ты хочешь от моей девушки?». Вот только именно в этот момент музыка выключилась, и его крик громко и ясно раздался в доме.
Воцарилась тишина. Только Хосок закашлялся, подавившись чипсами. Чимин в этот момент помогал Джину с заевшей молнией на кофте. От неожиданного крика, он дернул слишком сильно, оторвал бегунок и врезал тыльной стороной ладони в челюсть Джину. Джин клацнул зубами, но даже слова не произнес, как завороженный смотря на лестницу. Чонгук так и остался стоять спиной, наливая в стакан очередную порцию виски. Вот только стакан давно был полон, а Чонгук все лил и лил. То ли Джейн, то ли Гейл низко опустила голову. Остальные стояли не шевелясь. Только Сильвия вдруг радостно вскрикнула и захлопала в ладоши. Впрочем, ее никто не поддержал. Что-то неправильное было во всей ситуации, а что именно – никто не понимал.
Айрин не моргая смотрела на Юнги. Ей-то все равно, а вот как эта нелепость повлияет на него, она не знала, поэтому ждала указаний.
- Забей, но только ей все объясни. И так, чтобы она поняла, ясно? - Юнги посмотрел в дальний конец комнаты.
- А остальным не надо?