В очередное утро она вынырнуло из тяжелой дремы и поняла, что ей надо уехать. Просто сменить обстановку. Причем срочно, сегодня же. Она позвонила клиентам, прорабам и поставила в известность, что срочно уезжает. Босс, конечно, попытался возражать, но Айрин прокрутила ему диктофонную запись с обещанием отпуска, и ему ничего не оставалось делать.
И куда ехать? В Европу? На море? Домой! Она вернется домой!
В аэропорту ее встречали мама, брат с женой и Аленой. После бурной встречи, поехали домой. Особенно бурно радовалась Алена. Еще бы. У Айрин было 2 сумки: небольшая с ее личными вещами и чемодан на колесиках с подарками для Алены. Айрин просто шла по улице и заходила во все магазины, покупая то, что попадалось на глаза. Дома уже был накрыт стол: оливье, селедка под шубой, шпроты, черный хлеб – все, что так любила Айрин. Было необыкновенно вкусно! Ну то есть она знала, что необыкновенно вкусно, но вкуса не чувствовала. Потом она два дня гуляла по Москве. Именно так, как и хотела в Париже. Она просто шла, иногда останавливалась, вертела головой, чтобы понять где она находится, а потом шла дальше. Потом еще два дня спала. Она почему-то вдруг резко устала. Потом встретилась с подругами. Было очень весело. То есть она знала, что весело. Потом она еще спала.
В выходные взяла Алену и поехала с ней гулять, куда та захочет. Алена захотела в парк аттракционов и на выставку строительной спецтехники. Айрин впервые за долго время испытала эмоции: реальное удивление. Но раз ребенок хочет, то поехали. Алена с большим интересом разглядывала эти красивые, блестящие и совершенно непонятные машины. Они ее как-то завораживали. А потом поехали на аттракционы. Айрин даже прокатилась на американских горках, но опять ничего не почувствовала.
В парке Айрин покупала все, на что Алена только посмотрит. А иногда и сама с жаром убеждая Алену, что ей это сильно нужно. Алена в какой-то момент даже испугалась. Тетя Ира была веселая, добрая, но очень странная. Алене не нужны были все эти подарки. У нее все было, а жадной она никогда не была. Ей хватило бы сладкой ваты и шарика. Но Айрин все покупала и покупала. До нее вдруг дошло, что в жизни у нее осталась одна работа. За работу платят деньги. Но Айрин столько работает, что тратить ей некогда, да и некуда. И ей показалось необыкновенно важным потратить как можно больше денег. Как будто стремилась оправдать свой выбор, как будто хотела доказать, что выбор правильный. И она стала тратить как одержимая.
На следующий день Айрин повезла маму по магазинам, и все повторилось. Все, на что только смотрела мама, тут же покупалось. Сначала маме было приятно, потом она стала тревожиться. Конечно, она с первой минуты встречи увидела, что с Айрин что-то не так, но та ничего не рассказывала, отшучивалась и вела себя вполне нормально до вчерашней поездки в парк. И сегодня все продолжалось. В магазине для дома Айрин просто сгребала с полок все, мама шла сзади и все это выкладывала. Потом, неизвестно как, они оказались в салоне мебели, и Айрин тут же предложила заменить всю мебель. Мама уверяла, что мебель у нее новая, сама же Айрин пару лет назад все подбирала и оплачивала. Но Айрин упиралась, уверяя, что за пару лет тенденции в дизайне сильно изменились. Мама еле вывела ее из этого салона.
Вечером Айрин позвонила брату и спросила не надо ли им чего? Может, технику заменить или машину новую? Брат, который весь день был с мамой на связи, категорически отказался, сказав, что у них все вот буквально вчера куплено. Тогда Айрин предложила им съездить на отдых. Куда угодно и насколько угодно. Брат убедительно сказал, что они не устали, а его жена добавила, что им некогда отдыхать. Противоречий Айрин не уловила, но поняла, что им купить ничего не удастся. И тогда она позвонила Тиму и пригласила его с Леной в ресторан.
На встречу Айрин принесла какой-то жутко дорогой и оттого жутко нелепый букет для Лены. Лена поблагодарила и с удивлением посмотрела на Тима, а он на нее. Блин, ну вот опять они это делают! Сказать им что ли, что это невежливо?
Ужин шел своим чередом, Айрин заказывала блюда исключительно по стоимости, поэтому им приносили какую-то непонятную субстанцию размером с горошину, но на огромной тарелке. Этим наестся было решительно нельзя, и Айрин заказывала снова и снова. Лена с Тимом все чаще переглядывались.