- Кого черти несут, мать вашу?! Никакого покоя от вас нету!
Но дверь раскрылась.
- А, Юля, ты... Чего тебе?
- Мужика своего в аренду не дашь на пару минут?
- А зачем это он тебе? - прищурилась Галька. - Понравился?
- Позвонить надо, - честно сказала я.
Галька смотрела на меня осоловевшим взглядом.
- Галя, мне со своими мужиками не разобраться, куда мне еще твой?! завопила я.
- Так зачем моего в аренду просишь?
Тут открылась Танькина дверь, и они появились на пороге на пару с Ольгой Петровной.
Между их ног на лестничную площадку опять просочились Сара и Барсик.
- Галя, тебе что, для соседей мужика жалко? - укоризненно спросила Ольга Петровна. - А кто тебе пустые бутылки отдает? Кто макулатуру не выбрасывает? Кто едой делится, когда тебе жрать нечего?
Пристыженная Галька потупила взор и сказала, что сейчас разбудит. Быстро же кабальеро разморило. Или устал от песнопений, выдавая куплеты про магистраль и за рассветом рассвет?
Вот и наступил закат.
Кабальеро появился в прихожей минут через пять, на протяжении которых до нас троих, стоявших на лестничной площадке, доносились крики любовничков. В основном они общались друг с другом матерно.
- А, привет! - поздоровался со мной Галькин хахаль. На этот раз он был обнажен по пояс и почесывал впалую, почти лишенную волосяного покрова грудь.
И тут его взор упал на Сару и Барсика, застывших на лестничной площадке. Мужик тоже застыл на месте, и его рука, направленная почесать живот, замерла в воздухе. Он моргнул, потом еще раз, затем прошептал:
- Что это мне мерещится-то?
Возлюбленная, давно знающая про змей и на них не реагирующая, подтолкнула своего в спину и велела ему идти ко мне.
- Давай, быстро, сделай, что Юльке надо, и возвращайся.
- А то вы у нас сейчас один мужчина на площадке, - добавила я.
- А Стае где? - спросила у меня Татьяна, подхватывая Сару с Барсиком.
- Понятия не имею, - пожала плечами я. - Дома нет, а мне звонить нужно срочно.
Татьяна с Ольгой Петровной, сразу поняв, кому мне надо звонить, попытались меня немного повоспитывать. Галька удалилась назад в квартиру, а ее кабальеро так и стоял завороженный. Он что, со взглядом змеи встретился и его парализовало, как маленькую птичку?
Но мне не хотелось зря терять время.
- Как вас зовут? - спросила я певца, чтобы вывести его из ступора.
- Женя, - пролепетал он, не сводя глаз с пресмыкающихся. - А они.., э...
- Они безобидные, - улыбнулась Татьяна. - Хотите подержать?
Женя неистово замахал руками, а потом с резвостью молодого козлика проскочил по лестничной площадке к моей квартире, Татьяна с Ольгой Петровной мне подмигнули и удалились к себе вместе с охранниками.
Женя вытер пот со лба и вопросительно посмотрел на меня. Я пояснила, что сейчас наберу номер, а от него требуется позвать к телефону Сергея.
- А сама чего не можешь?
- У него жена и теща, - ответила я.
- Понятно, - кивнул новый сосед.
У Креницких было не занято, трубку сняли довольно быстро, и Женя попросил Серегу. Судя по меняющемуся выражению лица, я поняла: ему отвечают что-то совсем не то...
- А по какой его?.. Чему-чему? Статье по какой?.. Как не знаете?
Но с другой стороны уже швырнули трубку.
Женя обалдело уставился на меня.
- Его закрыли, - сообщил он мне. - Убил он кого-то. - Женя помолчал немного и добавил:
- Ну и знакомые у тебя, девка.
После чего резво покинул мою квартиру.
Задумывается, наверное, мужик, что не на той лестничной площадке обосновался. Хотя поет хорошо...
Я же опустилась на пуфик рядом с телефонным аппаратом, стоявшим в коридоре. Значит, его все-таки взяли. И так быстро. Но кто мог так быстро все связать?
Я решительно повернулась к аппарату и набрала номер Андрея. Кто еще расскажет мне, как идет расследование? Должен поделиться информацией со знакомой журналисткой, к тому же выступающей и в роли бесплатного такси.
Но убитого так и не опознали. Ни в какой картотеке его пальчики не числились, а из Эстонии ответ пока не пришел, хотя туда и заслали два посмертных фото убитого и единственное его известное имя. Но таких Юриев там может оказаться великое множество. Патологоанатом определил время смерти между двумя и четырьмя часами утра.
- А в Финляндию ты не звонил? - спросила я. - Ведь эта гостиничная сука назвала же рекомендующего...
- Жена сказала, что его нет, а когда вернется - неизвестно.
- Вы кого-нибудь арестовали?
- Кого арестовывать-то? - удивился Андрюха. - Мы даже примерно не можем сказать, где его убили. Никто не видел, как его выкидывали. По-моему, это очередной глухарь, - грустно добавил приятель.
Я его поблагодарила и попросила держать меня в курсе дел. Серегу я решила не упоминать: зачем давать нюхастому оперу лишнюю информацию? Еще свяжет его как-то с этим делом? Но значит, Серегу взяли по другому?!
Для начала я сама позвонила в Хельсинки Артуру. Его так и не было. Я представилась и спросила, когда смогу его застать.
- Понятия не имею, - ответила его жена. - Даже примерно не могу сказать.
Я спросила про Юрия Ранналу. На другом конце провода повисло молчание, потом жена Артура сказала, что я сегодня уже вторая, кто им интересуется.
- Вы знаете, что его убили?
- Да, опер сообщил.
- Мне самой звонили, - соврала я. - И сегодня возили в гостиницу, где, как выяснилось, мы останавливались в одно время. Милиция должна сообщить его семье. И ведь тело нужно забрать. Вы знаете, как с ними связаться?
- Я не знаю никакого Юрия Ранналу, - отрезала жена Артура. - И мне кажется, что и вам не должно быть до него никакого дела. Пожалуйста, не звоните нам больше.
С этими словами она повесила трубку.
Я сидела в задумчивости, прикидывая, кому бы мне еще позвонить. Кто даст мне хоть какую-то информацию? И неужели Сергей правда арестован? Можно, конечно, опять позвонить Андрюхе и попросить выяснить, за что, но лучше попытаться идти другим путем. Как говорится, не имей сто рублей, а имей одну профессию.
Я знала нескольких друзей Сергея и его родителей, которых мы с ним совсем недавно вспоминали. Как он сказал, они читают все мои статьи, смотрят все передачи и считают, что он совершил ошибку, женившись на Аллочке, а не на мне. Родители-то мне хоть что-то скажут, если сами, конечно, в курсе? Хотя должны быть: по просьбе задержанного милиция сообщает о задержании родственникам и администрации по месту работы или учебы. На месте Сереги я бы, конечно, больше рассчитывала на родителей, а не женушку, и просила бы сообщить им.
Я нашла в записной книжке их номер, позвонила и попала на Серегину мать.
- Ой, Юленька! Как давно тебя не слышала! Юленька... Ты знаешь, что случилось?
Я решила разыгрывать невинность, только ввернула, что мы на днях случайно встретились с Сережей в Финляндии и договорились связаться. Он просил звонить родителям.
- Да-да, конечно, я понимаю. Алла с Еленой Сергеевной ему скандал устраивают, если ;кто-то звонит женским голосом. Хотя сами хороши! Мерзавки!
Серегина мать немного поругала родственников, а потом вдруг осеклась.
- А ты не знаешь, Юля? - спросила она упавшим голосом. - Я как сейчас тебя услышала... Юля, ты не знаешь, что случилось?
- Что случилось?
- Сережу обвиняют в убийстве! - Его мать заплакала.
Она не смогла мне толком пояснить, кого, когда и где убил ее сын. Она была уверена, что он не виновен. О случившемся она узнала от родственницы, Серегиной тещи. ("Значит, менты туда сообщили?" - подумала я.) Та позвонила, обматерила Серегину мать и заявила, что ее дочь подает на развод. "Им" зять-убийца не нужен. Серега, видите ли, опозорил всю семью, бросил тень на их честь ("Это у кого честь? - воскликнула Серегина мать. У этих двух проституток?"), и они не желают знаться ни с зятем, ни с его семейкой. "Говорила я Аллочке, чтобы ваш сын женился на своей шлюхе-журналистке.