Наконец, раздался особо громкий щелчок.
— Можешь оборачиваться, — разрешил он. — Помоги открыть!
Я повернулся, взялся за ручку и мы, наконец, с большим трудом открыли тяжелую и толстую дверь.
— А банковское хранилище не лучше было бы? — спросил я. — Прогресс давно уже ушел вперед!
Сид скептически смерил меня взглядом.
— Ну, во-первых, когда строили замок, таких хранилищ еще не было, а, во-вторых, никого из посторонних здесь быть не должно. Да и потом, как ты себе представляешь спустить современную дверь в подвал? Ползамка придется разбирать? Проходи давай.
Я вошел в… ба! Мегаподвал, большой и высокий, весь выложенный камнем, из толстых и пригнанных между собой блоков. А если глянуть Волховским взором… Да это прямо специальное помещение, наподобие клетки Фарадея, только из мистериума. Я прямо чувствовал кожей, как исчезает ощущение вселенской силы внутри.
Да и интерьерчик был аховый. Ладно там каменные стены, так напротив входа был огромный железный люк с маленьким иллюминатором, из которого шел свет, как из дуговой печи. И тоже везде вставки мистериума, чтобы, значит, обеспечить духопрочность этой дверцы. И все это было густо покрыто плетениями и запечатано по контуру печатями Соломона, всеми семьюдесятью двумя. Ох, как нас дрючили, чтобы мы выучили все эти сигилы из «Лемегетона»! Соломону, наверное, было проще — достаточно все это написать.
Посередине зала была ловушка для демонов, только выполненная основательно, с прочерченными канавками в руку толщиной. Даже толще, наверное.
А слева у стены стояло то, от чего у меня пошли мурашки по телу. Старый древний алтарь, светившийся в Волховском взоре черным и красным, столько зла и крови на нем накопилось. Резные каменные узоры не оставляли сомнений в его принадлежности — майя или ацтеки, кто их к черту разберет.
— Используете по назначению? — я кивнул на алтарь.
— Нет, — покачал головой Сид. — Просто храним. Такой артефакт нельзя вообще нигде держать, кроме вот этого сверхзащищенного подвала.
— А это что такое? — спросил я, кивнув на люк.
— Сам как думаешь? — прищурился он.
Да тут и думать нечего. Портал в ад, не иначе. Не зря тут по всем стенам печати от ангелов и демонов стоят.
— И давно он у вас?
— И не только у нас, — скривился Сид. — Он был тут еще до Колумба. Местные использовали его по назначению, сами не зная, что творили. Потом, когда места стали цивилизованными, на этом месте и был построен сначала подвал, а потом и замок, строго с определенной целью.
— То есть чтобы держать портал закрытым?
— Именно, — кивнул Сид. — Следить за целостностью люка, печатей и заклинаний защиты. В этом основная задача «Санктума».
Я хмыкнул. Прозвучало довольно пафосно. Ну что же, для этого мира может и такая малость подается как великое достижение и предмет для гордости. В нашем же работа с порталами — в порядке вещей. В том же «Торчке» мы вон что с ними делали — это когда Рыцарь Ада решил перекусить одаренными и во главе своры просочился через подобный, но поменьше портал. Ну да вы это помните. А этому миру еще учиться и учиться… Что же, научим. Но — не бесплатно. Такие знания просто так не даются.
— Хорошо. А неосновная наша задача в том, чтобы сейчас принц гадский не оказался в аду, где, вообще-то, ему и самое место.
— Почему это? Каждый имеет право на ошибку, — возразил Сид.
— Если цена этой ошибки слишком высока, то это уже преступная ошибка. Ладно, пойдем царственного лохопеда спасать. Нам нужны деньги.
— Если тебя интересует только это… — затянул было песню про величие, долг и честь пасть во славу человечества Сид.
— Да. Только это, — сказал я. — А на высокие идеалы и остальное человечество мне, извини, насрать. Я один, а их — семь миллиардов, как-нибудь вместе справятся. Так что где там у вас это все сложено?
Глава 6
— Все, теперь ждите моего возвращения! — я закрыл дверь подвала перед носом любопытного Сида.
Вообще, сейчас у него была другая работа — координация с немецким отделением «Санктума», располагавшегося как раз в Берлине, точнее, его пригороде.
Рисковали мы? Да. Начиная с того, что сейчас принц сидел взаперти в одном из укрепленных бункеров «Санктума», оставшихся после прусских милитаристов. Естественно, под защитой и со всеми мерами предосторожности, засыпанный солью чуть ли не с головы до ног, как перхотью. И с соляной шахтой под бункером — это чтобы демоны снизу не прорвались и за яйца не укусили, наверное.
И то, все это внушало, скажем так, осторожный оптимизм. Гончие ада сдаваться не были намерены, песики это упорные и целеустремленные. Охрана клялась и божилась, что слышала инфернальный вой, пробирающий до костей, и скрежет досок ворот и дверей. А потом поутру находили изгрызенные и исцарапанные когтями двери и косяки, при том, что ни одна камера безопасности их не засекла. Да еще щедро обоссанные ворота.