— А как же ты и Абби?
— Мы никогда не были в цепи хранителей и не делили один поток. Я не могу знать, что происходит с телом и духом Аббис на той стороне, но сердце подсказывает, что она жива и что ее силы хватит, чтобы дождаться помощи.
Нетакерти перевела взгляд на Зурри и теперь обращалась к ним обоим:
— Пробуждение искры может напугать. Особенно самого носителя. Этот страх может лишить разума. Вы должны побороть его. Вы оба.
Хранительница увидел сомнения в глазах элвинг.
— Это страх не только за свою жизнь, но и за жизнь других. Никто не в силах обратить пробуждение. А страх в купе с бессилием порождают отчаянье.
— А более практичных советов не будет? — огрызнулась Ашри, и посмотрела на возвращающегося Тшакрамга. — Кажется это за мной. Не скучайте тут без меня.
— Что ж, Пепельная птичка, пошли, — Алый Вихрь подал ей руку. — Пора расправить твои крылья.
Ашри на миг заколебалась и неуверенно ответила на рукопожатие.
— Твои способности не нанесут мне вреда, — Алый Вихрь вёл элвинг. — Ведь не один палач не лишился своей головы, опуская топор на чужую.
— А вы умеете взбодрить, — нервно хихикнула элвинг. — У вас у всех особый талант Бездны.
Они шли по кругу галереи, пока Нетакерти и Зурри не скрылись из вида. Их уже ждали Ину и хранители. Псы расступились, и Ашри увидела одну из площадок, коими был заполнен разлом. Только на ней не сидел подобный каменному изваянию полуобнаженный хранитель, а стоял Кмал Тар в длинной мантии, чей чёрный цвет впитал в себя так много пламени, что она сама стала светом. К диску вел прозрачный узкий мост, шириной с две ладони. Ашри неуверенно сделала шаг и почувствовала, как ноги буквально прилипли к полоске света — даже захоти упасть, она бы не смогла.: что-то держало ее.
Как только Ашри и Тшакрамг оказались на площадке, мост вспыхнул и разлетелся искрами, которые тут же были подхвачены невидимым потоком и поглощены ближайшим из коконов. Ашри стояла на призрачном, светящемся диске и с любопытством смотрела на уходящую в бесконечность пропасть. Кмал Тар развел руки, в которых горело зеленое пламя, и диск накрылся призрачным куполом, по его поверхности пошли мерцающие нити пламени и соткали паутину узора, с неизвестными элвинг символами и знаками.
Казалось, впервые Ашри услышала голос Хранителя Порога. Он был густой и вязкий как смола, словно лишенный контрастов и звонкости. Так падают камни на мох, так гремит гром за закрытым окном:
— Мы уберём оковы Севера и высвободим Твой Дар. Он заполнит сосуд и облегчит переход. Твоё тело пройдёт через Врата и Бездна потребует платы. Платой станет пламя. И чем равномернее ты будешь в нём, тем выше твой шанс оказаться собой по ту сторону Порога.
Ашри потерла предплечья. Шаман Северных Земель говорил, что без них ей будет сложно обуздать силу. А теперь эти песчаные псы хотят наоборот превратить ее в горящий факел.
— Когда вернешься, мы вернём их на место, — словно прочитал мысли элвинг Кмал Тар.
— Если вернусь, — огрызнулась элвинг.
Псоголовый не ответил. Лишь указал на центр круга и велел снять одежду, так чтобы были видны все браслеты. С эти проблем не возникло — защитных орнаментов кроме как на руки ей не наносили, хотя может и стоило покрыть все тело до пят, так чтоб пламя заплутало и навсегда сгинуло в лабиринте, а тело и дух прожили обычную скучную жизнь, например, в маленькой хижине в лесу на краю света...
Ашри аккуратно сложила куртку, легкую кофту и перчатки, на всякий случай расстегнула и убрала в карман браслет с подвеской. Оставшись в тонкой нательной сорочке, элвинг поежилась, села на колени, склонила голову и закрыла глаза. Тут пламя откликалось по малейшему зову, и она знала, что сейчас от ее рук, волос и глаз исходит лиловое свечение.
— Так мало, — услышала она: казалось, Кмал Тар удивился, разглядывая узоры на ее руках. — Я узнаю эти пряди, их сила поистине потрясает. Я вижу в них след Белой Длани.
Хранитель наложил руки вначале над одним предплечьем, затем над другим. Из его ладоней поползли языки зеленого пламени, глаза загорелись огнем, и охранные браслеты начали бледнеть, пока совсем не исчезли. Ашри продолжала испускать свет, и, казалось, ничего не изменилось, разве что цвет стал чуть насыщеннее.
Ашри открыла глаза. Кмал Тар исчез. Вместо него сидел Алый Вихрь. Он был прямо перед ней, так что его колени почти касались ее, а шрамы в мистическом свете меняли и перекраивали лицо, обнажая кости черепа, удлиняя клыки и меняя привычное лицо на звериный лик монстра.
— Завершив снятие, хранитель удалился, — пояснил он.