— Можно использовать камни, чтобы сдерживать пламя, — Ашри тряхнула браслетом. — А можно сделать ошейники, которые парализуют и уничтожат его. Единственное, этих камней в мире еще меньше чем осталось рубинов и если правда то, что ты говоришь и в Энхар реально нашли жилу, то владеющий ей станет новым Орму. Даже больше. Силурия исчерпала свои шахты. Эра воздушных кораблей уходит с каждым разлетевшимся на осколки рубином. Слоновьи деревья больше не пьют воду, омывающую кровавые жилы Тхару, и не откликаются на зов камней. Духи крылатых птиц не могут связать волю камней и дерева — скреплять стихии и вести воздушные корабли по небу. Ормы станут последней стрелой пущенной в обескровленные Воздушные острова. Или же напротив орудием против хранителей Интару.
— Но технология скрепляющая живое и не живое в твоём кайрине? Почему не использовать ее в небесных кораблях?
— Не каждый разум способен принять имбиру, а принявший никогда не станет прежним. Имбиру достаточно энергокапсул, но в песках Мэй их не найти. А вот будь у нас пара рубинов побольше или с десяток мелких — мы бы вообще о них забыли. Да, дружок? — Ашри взъерошила перья кайрина.
Карш задумался. Девчонка была права: ормы дадут преимущество владеющим ими. Белых псов, приблизившихся за последние годы так сильно к Орму, теперь легко нейтрализовать — лишь стоит заковать в ошейник и посадить на цепь. Но если сами камни заказывают Белые Псы?
Каршу не хотелось думать об этом. Он не желал влезать в политику. Его дело доставить товар. Он потерял груз, потерял напарника, единственное что у него осталось — честь торговца и данное слово. Слово, за которым стоит не только он, но и его Отец. И он не мог лишиться самого ценного — его Имени.
Вот только навязчивая мысль отравляла разум и лишала покоя — Дхару был в Шахтах Ахран, наместник знал его. Неужели его отец был вовлечен в дела камней? А Алый Дом? А те, кто охотился за ними в пустыне и загнал в Гиблые пески? С каждым шагом он все ближе подходил к развилке выбора. Сердцем он чувствовал, что не сможет остаться на нейтральной земле, рано или поздно он должен будет сделать выбор. А вдруг этот выбор уже был сделан, когда он взял свиток незнакомки в ущелье? Весь вопрос какой? На чьей стороне теперь Карш?
— Хорошо ли ты знаешь того, чей заказ выполняешь? — Ашри будто прочла его мысли.
— Можно ли узнать торговца по его «драконам»? — вопросом на вопрос ответил караванщик.
— Если только он не стёр с них следы песка и крови, — ответила элвинг.
***
Орт беспощадно вонзал раскалённые копья, песок внизу ослепительно сиял, фляга давно опустела. Они не говорили: берегли силы. Сварг парил в липких потоках раскалённого воздуха и механическое крыло все так же оставляло за собой шлейф искр.
И когда впереди показалась грозовая туча, каждый принял ее за мираж. Ведь воздух не запах прохладой, не было слышно разрядов, и лишь тонкие хвосты кружащих призраков уходили вниз почти касаясь земли.
Карш коснулся плеча Ашри и та вздрогнула. Видать девчонка задремала утомленная солнцем и ормами. Караванщик наклонился к ее уху и хрипло прошептал, указывая на серое облако:
— Ты тоже видишь это?
— Только не говори, что в твой книжке и эта паскуда значится, — устало выдохнула девчонка и легонько направила кайрина в обход.
— Пока нет, но я слышал от стариков о хвостатом шторме — моолонге лишившемся панциря и достигшего Орта чтобы сразится с ним.
— И чем это нам грозит? — зевнула элвинг.
— Его называют Кузнец Азура: он притягивает любой металл и, вобрав в себя, перековывает разрядами синих молний себе на броню.
— Значит надо облететь этого Кузнеца, — опять зевнула Ашри, — На всякий случай.
Вот только обойти не удалось. Стоило Сваргу лишь чуть отклониться, как невидимая сила вернула зверя обратно. Ашри зарычала, всматриваясь в клубы Кузнеца. Кайрин дернулся, накренился, так что Карш изо всех сил сжал ногами бока зверя, а руками ухватился за его перья. Ашри выругалась так, что Карш предпочёл не слышать и оставаться в блаженном неведении относительно слов подвластных девице. Элвинг припала к шее кайрина и стала шептать. Сварг взмахнул крыльями и зарычал, механическое крыло выгнулось.
— Нас затягивает в шторм, — озвучена элвинг то, что и так знал Карш.
Зверь рычал, но Кузнец уже почуял добычу и закинул сети. Жгуты клубящейся бури потянулись прямо к кайрину. Сварг увернулся, попытался уйти вниз, но крыло перестало слушаться, пластины затрещали, выворачивая кости. Зверь взвыл и потерял поток.