Турнам затрясся всем телом от едва сдерживаемых досады и унижения. Диадера завела его слишком далеко, недооценив так же сильно, как я сам.
— Думаешь, ты можешь быть лучше меня, девочка?
— О, определенно.
Она вдруг ухмыльнулась и откинула назад рыжие локоны.
— Но тогда мне пришлось бы понаставить синяков на твое красивое лицо, а мы не можем этого допустить, верно?
Без предупреждения она приподнялась на цыпочках и поцеловала его прямо в губы. Не дав Турнаму времени среагировать, опустилась обратно и прошла мимо него, остановившись у двери, чтобы подмигнуть нам всем.
— А теперь время игр закончилось, мальчики. Мы должны быть на тренировочной площадке.
Я ожидал, что Турнам воспользуется ее уходом для того, чтобы возобновить свои атаки. Вместо этого он просто смотрел ей вслед, прикасаясь пальцами к своим губам там, где только что были ее губы. Не могу сказать, сколько он так простоял, сколько заставил меня ждать, закончится ли все это смертью одного из нас, но потом его ленты отпустили меня, и он вслед за Диадерой вышел из комнаты, всего лишь сурово оглянувшись.
Я прислонился к стене, делая длинные глубокие вдохи и пытаясь замедлить удары сердца, не в силах решить, должен ли я испытывать ревность, облегчение и какой пол разочаровал меня больше всего.
— Вы безумцы, люди, — пробормотал я.
Бателиос с низким горловым смехом протянул мне одежду.
— Не смотри на меня, друг. Влечение к противоположному полу всегда казалось мне извращением. Ты должен одеться. Брат Дием тренирует нас сегодня, а его уроки могут быть поначалу несколько… огорчительными.
— Огорчительными? — Мои руки тряслись, когда я пытался натянуть штаны. — Огорчительно то, что я в тысячах милях от родной земли, запертый в сумасшедшем доме, обитатели которого не могут выбрать — убить незнакомцев или соблазнить их.
Здоровяк пожал плечами:
— Большинство из нас молоды, Келлен. — Он обвел указательным пальцем узор на своем лице, заканчивающийся тремя черными слезами. — Если Черная Тень не убьет меня прежде, чем мне исполнится двадцать, меня непременно убьют те, кто ненавидит меня за нее. Остальных здесь скорее всего постигнет та же участь. Стоит ли удивляться нашей импульсивной склонности быть… значительными?
Я все еще застегивал рубашку, когда он обхватил меня рукой за плечи и повел из комнаты.
— Добро пожаловать в Эбеновое аббатство, Келлен из джен-теп. Место передышки от мира, который нас презирает. Надеюсь, ты переживешь это жизненное испытание.
Глава 26
ЛЮДИ И МЕСТА
Диадера стояла в конце коридора, поглощенная беседой с Турнамом; они говорили слишком тихо, чтобы я мог их расслышать. Когда она увидела, что приближаемся мы с Бателиосом, ее светло-зеленые глаза стали следить за каждым моим шагом, но она ни разу не встретилась со мной взглядом.
Она подставила меня этой ночью, с помощью своей Черной Тени погрузила в сон, прекрасно зная, что Турнам ожидает, чтобы устроить мне засаду? Или она искренне ничего не подозревала? Если подумать, то, учитывая прежние угрозы Турнама, мне вообще-то не нужны были никакие предупреждения.
В таких случаях нельзя не вообразить, как Шелла вздыхает одним из своих разочарованных вздохов. «Ты слишком доверчив, брат. Ты всегда таким был. Тебе так отчаянно хочется, чтобы тебя любили и приняли, что ты позволяешь своим врагам взять над тобой верх».
— Ты будешь счастлив услышать, что Турнам согласился воздержаться от попыток казнить тебя как шпиона, — весело сказала Диадера. — До тех пор пока не найдет какие-нибудь… Погоди, как ты сказал минуту назад, Турнам? — Она ткнула его в грудь и сама ответила на свой вопрос: — А, да. Доказательства.
Он попытался встретиться с ней взглядом — и проиграл.
— Поступай, как знаешь. Теперь облачный мальчик в зоне твоей ответственности.
Он повернулся на пятках и пошел вниз по лестнице.
Диадера раздраженно вздохнула, прежде чем последовать за ним.
— Хочешь верь, хочешь нет, спустя некоторое время ты и вправду привыкнешь к Турнаму.
— Как к гангрене, — пробормотал я про себя. — Вот почему лучше избавиться от нее, чем быстрее, тем лучше.
Бателиос за моей спиной засмеялся:
— «Как к гангрене». Хорошо сказано. — Он осторожно подтолкнул меня к лестнице. — Я уже чувствую, что все мы станем отличными друзьями, Келлен джен-теп.
Я почему-то в этом сомневался.
Мы четверо накручивали спирали, молча спускаясь по винтовой лестнице башни. Шаги Диадеры были быстрыми и уверенными, почти игривыми, напоминая мне, что место, которое выглядело в моих глазах таким зловещим и темным, для нее означало нечто совершенно другое. Безопасность. Убежище. Дом.