— После трагической смерти Миреллы, Иргем уничтожил большинство портретов, чтобы те не напоминали ему о смерти любимой. Поэтому все, что существуют — воспроизведены мастерами по памяти. А вот Энви Торстен смог, по его словам, сохранить один из настоящих портретов. Так что, смею утверждать, что он ближе всех к истине. — Он вдруг расплылся в улыбке, глядя куда-то поверх моей головы. — О, надо же, и вы здесь!
На этом лимит внимания мистера Льюиса был исчерпан, и он совершенно забыл о существовании мисс Уэйден из колледжа святого Иргема…
От его слов все вроде и прояснилось, но стало только запутаннее. С Джейденом обсуждать это совершенно не хотелось, да и он куда-то запропастился вместе с Тоби, так что я решила поговорить завтра с Адрией. Она точно не станет брыкаться как Джейден.
— Понравился спектакль? — спросила я, подходя к Шер, вновь стоявшей возле того же стола со сладостями.
— М? — растерялась она, поднимая на меня взгляд. — Нормально.
— Шер, что не так?
— Не-не, все в порядке, — сказала Шер и, сунув конфету в рот, тут же сморщилась. — Гадость какая, — пробормотала она и выплюнула ее на салфетку.
— Я же вижу, что не в порядке, — настаивала я. — Это из-за Маркуса?
— Мхм, — выдавила Шер, взяв другую конфету. На этот раз она разломила ее пополам, принюхалась, и лишь потом надкусила. — Да фто ж такое!
— Отчего грустим? — спросил Олли, внезапно оказавшийся по другую сторону стола, словно Шер волшебным образом призвала его нелестными отзывами о конфетах.
Видеть Олли вне кафешки казалось уже чем-то странным. Но он себе не изменял. В клетчатой рубашке — на этот раз синей — и очках в модной черной оправе, он держал стаканчик кофе так непринужденно и правильно, что тот казался продолжением его руки.
— От нехватки хороших десертов, — вздохнула Шер. — Не знаю, кто отвечал за их выбор, но у него явно нет вкуса.
— А я говорил им, что к тем поставщикам нельзя обращаться, — улыбнулся Олли, будто именно этого и ждал. Он выудил из кармана связку ключей и ловко крутанул их на пальце. — Можем это исправить.
— Олли! Ты ж мое спасенье, — сказала Шер, едва не запрыгав от счастья. Еще немного и она бы точно бросилась ему на шею.
— Всегда к вашим услугам. — Олли склонился в шутливом поклоне и кивнул в сторону кафешки.
Стоило нам оказаться внутри, как полочки с десертами тут же подсветились, маня блестящей желейной глазурью, хрустящими корочками и шоколадной крошкой.
— Выбирай, — сказал Олли, явно довольный тем, что ему удалось заманить нас в кафешку. — У меня, кстати, запрещенка есть. Хотите? Правда, это на завтра, но для вас ничего не жалко.
Олли подмигнул и кивнул на ящик со стеклянными бутылками, который тут же выехал из-за прилавка и остановился у наших ног.
— На завтра? — спросила я, пока Шер пускала слюнки на витрину, не в силах решить, какую из сладостей она бы съела с бо́льшим удовольствием.
— Да, завтра ж неофициальная часть праздника, — сказал Олли и, столкнувшись с моим непонимающим взглядом, пояснил: — Вечеринка. Вы не знали?
— Эту, — наконец определилась Шер, совершенно не заинтересованная сейчас в каких-то там вечеринках, и ткнула в витрину, указывая на безе, украшенное кусочками свежей клубники.
— Ну-у-у, прошу, только не пальцем, — взмолился Олли. Тряпка тут же опустилась на стекло и принялась оттирать оставленный отпечаток.
Пока к Шер подплывало выбранное безе, Олли рассказывал про тех самых поставщиков, с которыми он когда-то работал, и сокрушался, что они предали свои принципы в угоду выгоде. Я села на высокий стул у деревянной столешницы вдоль окна, наблюдая за наконец приободрившейся Шер. Она с наслаждением хрустнула безешкой и протянула свое «м-м-м», с улыбкой глядя на просиявшего Олли.
В общем, идиллия… которую прервал звук открывшейся двери.
— И чего вы тут заныкались? — спросил Джейден, совершенно по-свойски входя в кафе. Он глянул на меня и кивнул на дверь, явно намекая, что нам надо выйти, но я помотала головой. — Пошли давай, поговорить надо.
— Обойдешься, — сказала я, глянув на вошедшего следом Тоби.
Интересно, где это они пропадали?
— Пф-ф. — Джейден отмахнулся и прошел к ящику с бутылками. Выловив одну из них, он глянул на Олли. — Возьму?