У-у-у, нет, к нему я точно не пойду после вчерашнего.
Хотя сейчас не хотелось вообще ни с кем пересекаться. Но и в комнате Джейдена больше оставаться нельзя. Он мог вернуться в любой момент, если не уехал в город или… Я тут же вспомнила, что покидать территорию он вряд ли может, а следом вспомнила и вчерашний разговор, отчего пересекаться с ним захотелось еще меньше.
Что делать? Если выйду так, — распугаю своим видом всю академию. Я еще раз открыла шкаф и осмотрела в отражении опухшие и раскрасневшиеся глаза с черными пятнами потекшей туши. Взгляд зацепился за толстовку Джейдена с большим капюшоном, комом лежавшую на одной из полок. Чем не вариант? Возьму в качестве платы за вчерашнее.
На отражавшемся в зеркале подоконнике мигала лампочка той самой «аллирохерни», разносившей по комнате мерзкий писк. Возможно, она извещала о новом трупе в лесу… Хотя, плевать. Джейден сказал не лезть в его дела. Больше не буду. Пусть катится куда подальше.
Я надела толстовку, натянула капюшон до носа и медленно открыла дверь. Людей в коридоре оказалось достаточно мало — повезло. Многие еще наверняка на обеде или уехали по домам на длинные выходные.
Добравшись до туалета, я умылась. Без средства тушь не удалось оттереть полностью, пришлось так и остаться с темными пятнами под глазами. Плевать. Все равно не планирую ни с кем пересекаться.
Я спустилась вниз, прошмыгнула по коридору, отворачиваясь от проходивших мимо людей. За столиками на улице сидели лишь несколько самых ответственных студентов с книгами. Миновав их, я направилась к раскидистой липе, которую рисовала летом. Вспомнились комментарии Джейдена к моему рисунку, вспомнился сам Джейден и мне стало еще хуже. Я юркнула к корням, устроилась между ними, завернувшись поплотнее в толстовку. Передо мной — только поле и лес, в котором, возможно, новый труп. Но плевать.
За широким стволом и под размашистыми ветвями меня не должно быть видно со стороны академии, а на поле сейчас вряд ли кто-то появится. Я уткнулась носом в ворот, и натянула капюшон, оставляя лишь небольшой промежуток, чтобы свободно дышать. Хотя, возможно, я бы сейчас отказалась и от это функции, чтобы стать еще незаметнее. Срастись с корнями, врасти в землю, уйти под нее… Я завидовала, что у Джейдена была своя комната, где он мог спрятаться от всего мира. А я, — куда бы ни пошла, — везде на виду. Здесь нет ни единого места, где я могла бы укрыться. Спрятаться так, чтобы точно никто не нашел. Я и раньше нигде не могла скрыться. Всегда под присмотром матери, всегда на виду.
Ни спрятаться, ни скрыться, ни сбежать…
— Ты значит не только в чужую жизнь лезешь, но еще и вещи чужие крадешь, — усмехнулся Джейден.
Я почувствовала, как он сел рядом, но даже не глянула на него. Лишь сильнее уткнулась в ворот толстовки.
— Еще ведь и самую любимую выбрала, — сказал он слишком уж мягко для Джейдена.
Я молчала. Лицо горело от стыда и злости на него.
— Ну и как себя чувствуешь?
— Нормально, — буркнула я.
И с чего он такой разговорчивый?
— Слушай, я вчера слегка… перегнул.
— Слегка?! — вырвалось у меня от возмущения. Я повернулась к нему, ткань сползла с лица, и я тут же спряталась обратно в импровизированный кокон, затягивая капюшон шнурками.
— Ладно, не слегка… — согласился Джейден. — Так что… извини. И насчет вечеринки…
— Нет, — перебила я, утыкаясь в колени. — Не надо. Не хочу знать.
— Да все нормально. Никто ничего не понял толком.
— Правда? — спросила я, недоверчиво глянув на него.
— Ну там к тому времени все уже напились. Может пара человек и подумали, что ты перебрала, но… Забей. Ничего особенного.
Я поежилась. Не знаю, пытался ли он меня утешить или все было действительно не так ужасно, как я представляла. Хотя чужой позор всегда воспринимается не таким масштабным как собственный…
— Я кричала?
Ответа не последовало, и я приподняла капюшон, чтобы увидеть его лицо.