Тоби включил ноутбук и открыл письмо с тремя вложениями. Щелкнув по одному из них, он поднялся и пропустил меня к стулу.
— Я скоро вернусь, — сказал он. И добавил: — Не переживай. Здесь тебя точно никто не тронет.
— Спешу напомнить, что убийца умеет перемещаться.
Тоби посмотрел на меня с теплой улыбкой.
— Но не сюда. На доме блокираторы, которые регулируют… — он осекся. Улыбка тут же исчезла. — Долго объяснять. Но в дом он точно не попадет.
— Это… отлично! — обрадовалась я и, с облегчением опустившись на стул, крутанулась на нем. — Я переезжаю.
— Без проблем, — серьезно сказал Тоби, и я замялась.
— Это была шутка…
— Я понял. — сказал он и, уже направившись к двери, быстро и как бы невзначай добавил: — Но я, если что, не шутил.
Ощутив смесь странных чувств, о которых лучше не думать, я уставилась в экран ноутбука.
Ознакомилась с оглавлением. Прочитала про ритуал тюрьмы и запечатывание магии, но ничего полезного не нашла: описания да последовательность знаков, — все это я и так уже знала. Вернулась к оглавлению, более вдумчиво перечитала названия. Конечно, здесь ничего не было про Айверро, на что я только рассчитывала? Полистала разные ритуалы, удивляясь, чего только ни придумают. И вдруг застыла на одном из них. В описании значилось — используется для подмены или искажения воспоминаний. Истинные воспоминания человека блокируются и подменяются на предложенные. Применять с осторожностью. В случае неправильного проведения ритуала, некоторые фрагменты предложенных воспоминаний могут влиять на восприятие испытуемого под воздействием психоактивных веществ (в том числе никотина, алкоголя и кофеина), а также при взаимодействии с магией или следами магии проводившего ритуал.
Я щелкнула мышкой, но страницы с последовательностью черт и знаков дальше не следовало. Сразу открывался другой ритуал. И на сканах отчетливо виднелись частицы вырванной страницы у корешка. Неужели… Это тот самый ритуал, которым убийца подменил мои воспоминания. Именно ради него он пробрался в библиотеку в обличие Адрии?
Так я поэтому вижу в сгустках его магии пустые лица? Точнее, в сгустках своей магии. Но почему по рисункам можно опознать личность убитых? Или же он сам вкладывает в сгустки их искаженные копии, чтобы… Я пораженно прикрыла рот рукой, глядя куда-то сквозь текст. Неужели он делал это для меня? Может, все это время он играл в эту игру не с Джейденом, а со мной? Забрал магию, искажал лица, подсовывал, чтобы я увидела и узнала истинное лицо. Он наверняка знал, что лишь создатель сгустка может видеть изначально заданный образ, но если у него моя магия, значит ли это, что и я могу видеть то, что создано моей магией?
Я мотнула головой. Слишком уж запутанно, да и наверняка все это лишь мои домыслы. Лучше вообще не пытаться понять, как мыслит убийца, а просто постараться сделать все возможное, чтобы он не убил меня.
Я закрыла вкладку с книгой, посмотрела на другие вложения в письме от библиотеки. Помимо моей книги, там были еще две, которые Тоби, вероятно, запросил для себя. В кабинет он все еще не вернулся, так что, недолго думая, я щелкнула на первую книгу и прочитала название: «Нити иллюзий. Истинная история основателей от зарождения магии до возникновения теории нитей». Напоминало сомнительный научпоп. Да и, судя по содержанию, автор по кругу мусолил одни и те же мысли и сыпал цитатами из чужих исследований. Книга вряд ли представляла из себя хоть что-то стоящее. Странно, что Тоби вообще заинтересовался подобным. Еще страннее то, что на подобную книгу вообще нужно делать запрос.
Автор предполагал, что утраченная магия основателей все еще могла в ком-то пробудиться. Якобы магия восприятия Иргема не исчезла, а перешла его сыну и до сих пор передавалась по наследству. Телесная же магия Рейнара, позволявшая управлять не только предметами, но и телами других людей, считалась самой опасной и вспыхивала стихийно за неимением у основателя наследников. Следом автор предлагал несколько вырезок из историй людей, якобы видевших, и даже подвергавшихся воздействию телесной магии. А потом и вовсе ушел в сомнительные размышления о том, что всех телесников отлавливали и убивали, потому что в Совете боялись их.