В этой игре нельзя было двигаться, и Джейден уже проиграл, когда вздрогнул. Притворяться больше не было смысла. Он дошел до телефона на подкосившемся столике у стены и набрал давно выученный номер. Сделал все как положено, как мама учила, как объясняли на занятиях: сообщил о пожаре и продиктовал адрес.
— Умничка, — наигранно ласково сказала мама. — А теперь отпусти нас, иначе мы все здесь задохнемся.
На самом деле, Джейден хотел бы их отпустить, только не знал, как...
— Ма-а-ам, — протянула Адри. — Сделай что-нибудь.
— Джейден, — сказала мама, на этот раз не сумев скрыть раздражение. — Прекращай эти игры. Смотри, даже Адрии уже страшно.
Джейден посмотрел на разбитое зеркало в прихожей, на распахнутые шкафчики в кухне и разбросанные по полу столовые приборы; на разодранный диван с вывернутыми на ковер пружинами и мягким наполнителем, пылавшим теперь вместе со шторами и ковром. Дым заполнял комнату и становилось трудно дышать.
— Мне тоже, — сказал Джейден, чувствуя, как в груди стягивается странный непривычный узел и давит на сердце. — Очень страшно.
По щекам потекли слезы, и он осел на пол, стискивая голову руками, моля Рейнара — покровителя всех магов управления, — помочь ему. Джейден обещал ему, что больше никогда не будет плохо себя вести и всегда будет слушать родителей, и что он больше никогда-никогда не будет произносить плохих слов и грубить, что он будет самым старательным учеником и впредь всегда будет соблюдать мамины правила, придуманные для его же безопасности. И больше никогда, — действительно никогда! — не будет использовать эту магию.
И основатель услышал его мольбу.
— Уходим, уходим, — говорила мама, таща из дома все самое ценное. А Джейден продолжал сидеть на полу и сжимать голову, пока квартира полыхала в огне.
— Пошли давай, чего расселся, — сказала Адри, схватила его за руку и дернула, заставляя подняться. — Или ты помереть тут вздумал?
***
— Не хочу, — сказал Джейден, но они уже стояли в неуютной комнате, пропитанной сандалом и травами. Белая кушетка точно намекала, что Джейдена ожидает нечто ужасное, хотя мама убеждала его в обратном.
— Мы всего лишь проверим, все ли в порядке, — отрезала мама и окинула его взглядом, полным недовольства. — Не нервничай так.
Джейден посмотрел на папу, будто ожидал получить от него поддержку, но тот лишь стоял в тени мамы, уставившись в телефон. Адри заинтересованно рассматривала корешки книг на высоких полках, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, отчего массивная заколка, подаренная очередным ухажером, покачивалась в ее волосах.
— Я больше не буду, — сказал Джейден совершенно по-детски, хотя давно уже не считал себя ребенком. Мама напряженно улыбнулась.
— Конечно, не будешь, — сказала она, и ее голос дрогнул. — Сейчас придет миссис Уэйланд и поможет тебе.
— Не надо!
Книги слетели с полок, проносясь в опасной близости от Адри, заставляя ее вскрикнуть, и зависли в воздухе.
— Джейден, — предостерегающе сказала мама.
Кушетка упала на пол, ящики стола распахнулись, выплевывая содержимое, телефон вылетел из папиных рук, сумка сорвалась с маминого плеча.
— Ауч! Джейден! — вскрикнула Адри, когда заколка потянулась в сторону, вырывая ее волосы.
Предметы завертелись в воздухе, закружились в замысловатом танце, который уже не был ему подвластен.
— Джейден, ты обещал, — напомнила мама. Шторы всколыхнулись, свет моргнул, стекла шкафчиков задребезжали, и папа пробормотал что-то себе под нос.
— Адрия! — строго сказала мама. — Чего встала?
Джейден успел только повернуться к ней, и увидеть вскинутый пневмат, когда шею кольнуло. По телу растеклась волна приятного расслабления. Книги с громким хлопком обрушились на пол, следом повалился и Джейден. Он еще мог различить, как Адрия надевала на него титановые перчатки и застегивала наручники, как папа поднимал его и укладывал на поднятую мамой кушетку, но уже не мог шевелиться.
Из-под опущенных век он видел, как в комнату вошла сухая женщина, напоминавшая стервятника, и слышал, как она извинялась, но не мог разобрать слов. Следом за ней прошла девчонка с длиннющим темным хвостом и встала рядом с кушеткой, сжимая в руках тонкое перо и баночку черных чернил.