Сделав пару шагов и замахнувшись, я со всей силы швырнула ее в окно. Тут же согнулась и прикрыла лицо ладонями, когда стекло со звоном разлетелось на части.
И этот звон точно слышала не я одна…
Времени на сомнения не оставалось. Я перекинула сумку за спину, заскочила на стол и собиралась сразу же выпрыгнуть наружу, но замедлилась. Аккуратно перенесла правую ногу на выступ по ту сторону окна, чтобы избежать осколков, торчащих из рамы колючими шипами, и, балансируя на нем, уже начала переносить вторую, когда из коридора донесся топот, а следом за ним дверь в комнату распахнулась.
Испугавшись, я спешно подалась вперед, и все же зацепилась ногой за острый край. Боль прошила все тело, я взвыла и, не удержавшись, полетела вниз.
Воздух вырвался из легких, когда я с глухим звуком рухнула на траву. Приземлилась достаточно мягко, но все же болезненно, свежая рана на бедре горела и ныла, не прекращая пульсировать. Скованными руками потянулась в сторону, цепляясь за землю, попыталась подняться или хотя бы перевернуться, но зашипела, когда длинная трава разодрала пальцы. От боли в ноге тело словно онемело и отказывалось подчиняться. Если бы я только могла использовать магию…
Перед глазами вновь замелькали образы: бегущая от меня Хоуп; двое блюстителей, падающие от ударов; Мэйсон, избивающий себя вновь и вновь, как безвольная марионетка, подчиненная лишь моей воле.
«Я видела! Его засунули в черный мешок».
Убила… Убила. Убила!
Пальцы впились в холодную, влажную землю, я рывком перевернулась на живот, рот распахнулся в стоне, сорвавшемся хриплым кашлем.
И я замерла.
Передо мной у самой земли ровно на уровне моих глаз оказалось узкое окно, сквозь которое виднелся подвал.
Падает! Падает…
Катится.
— Нет-нет-нет, — зашептала я, когда из глаз потекли слезы, а в памяти возникли новые образы.
Я не забыла. Не забыла! Но ведь я должна была… Мама, я не хочу… Я не хочу помнить!
Прошу, я хочу забыть.
Мне нужно было ползти, нужно было делать хоть что-то. Заставить себя сдвинуться с места и хотя бы попытаться бежать, но я лишь смотрела на небольшую комнату за стеклом и с каждым ударом сердца все сильнее теряла контроль.
— Решила подышать свежим воздухом? — спросила миссис Мосс прямо над моим ухом.
Я успела лишь вздрогнуть, прежде чем несколько рук подхватили меня и понесли в дом, пока даже под закрытыми веками все еще видела, как падали и катились головы, словно игрушечные шары…
И останавливались, глядя точно на меня.
Осознание происходящего вернулось, лишь когда мы оказались в темной и мрачной комнате с низким потолком, по которой сновали десятки ниимов. Свет лился из одного узкого окна — того самого, через которое я, казалось, всего мгновение назад заглянула в подвал. А теперь я была здесь. В том самом подвале.
Где уже дожидался Рейнар.
В его ладони нечто, напоминавшее фантик, приобрело объем и вытянулось в подобие металлического прута, а потом изогнулось и взметнулось вверх, чтобы вонзиться в прогнившие доски над нашими головами. Мои руки, все еще стянутые браслетами, зацепили за только что созданный крюк, и я повисла, едва касаясь ногами пола и балансируя на кончиках пальцев.
— Нет, — пробормотала я. — Нет… Пожалуйста. Прошу. Мы придумаем, как вернуть магию. Я отдам ее вам. Пожалуйста.
Рейнар улыбнулся, обнажив уродливые зубы, но ничего не ответил.
И только когда он отступил, я увидела, вокруг чего все это время мельтешили ниимы.
Большой стеклянный сосуд, напоминавший прозрачную ванну. Тот самый, который я уже видела в подвале мистера Карвера. Но если в прошлый раз он был заполнен лишь на треть, то теперь кровь едва не переливалась через край. И это могло значить лишь одно…
Все готово.
Что бы Рейнар ни задумал, оно осуществится прямо сейчас.