Я растерянно опустила руки и уже собиралась отступить, но Шер не позволила, резко обхватив меня и прижавшись теснее. Она уткнулась лицом мне в плечо и почти взвыла, бормоча какие-то бессвязные фразы. Я неуверенно погладила ее спину, стараясь хоть немного приободрить, хотя, судя по ее лишь усилившимся рыданиям, получалось плохо.
Джейден откашлялся, привлекая к себе внимание, но Шер не было до него никакого дела, а я была слишком занята попытками ее утешить, так что не вслушивалась в его красочный рассказ о случившемся, приправленный доброй порцией отборных ругательств.
— Это я во всем виновата, — всхлипнула Шер, которая, как оказалось, все-таки слушала Джейдена. Отступив на пару шагов, она утерла мокрое лицо, шмыгнула носом и часто заморгала. — Маркус вел себя странно с тех самых пор, как очнулся. Я сразу обратила на это внимание, но подумала, что ему просто нужно время на восстановление. Мне не хотелось лезть в его жизнь, чтобы это не выглядело как попытка проконтролировать его, но пару дней назад, когда он без продыху начал твердить отцу о Мирелле, я всерьез обеспокоилась. Особенно после твоих слов о ней, — добавила Шер, посмотрев на меня. — Поэтому я решила… проследить за Маркусом и…
— Он ведь мечтал получить магию познания, — вдруг осознала я. — Чтобы поступить в Л’Эшаль и попасть в совет. Чтобы заслужить уважение отца, да? И возможно, так же, как и я, обращался к Мирелле в саду камней, потому она и решила дать ему нож!
— Чего? — Джейден глянул на меня, как на умалишенную, но я только отмахнулась.
В моей голове все наконец-то сошлось, и я не могла не радоваться тому, что хоть какая-то часть этой запутанной истории смогла проясниться. Но если Маркус и впрямь был потомком Миреллы, то почему изначально она дала выбор не ему, а мне?
— Значит, теперь, с источником, он сможет лишить магии абсолютно всех? — уточнила Зарин, глянув на Рафаэля.
Тот задумчиво покачал головой.
— Боюсь, это не самая серьезная проблема, — обеспокоенно сказал он, повернувшись в сторону леса, за которым скрывался город. — Если он знает, как все устроено, — а я уверен, что знает, учитывая, кто его отец, — ему нет смысла гоняться за каждым носителем магии. Ему достаточно добраться до не менее важного скопления, чем сам источник.
— До генератора, — пораженно прошептала Зарин.
Рафаэль кивнул, совсем помрачнев.
— Источник — лишь предтеча магии. Из него прорастают ее корни, система которых тонкими невидимыми нитями пронизывает все живое. Генератор же, выступает связующим звеном, которое концентрирует ее в одном месте, стабилизирует и позволяет перерабатывать в энергию, обеспечивающую весь город.
— И, если он вытянет энергию из генератора и вернет все в источник, то… — подхватила Зарин, но осеклась, должно быть, осознав весь масштаб проблемы. — Мы останемся не только без магии, но и без света и тепла… И город превратится в пустые бетонные декорации.
— К тому же, с магией основателей, заключенной в сфере, Маркус получит власть над всеми нами, — добавил Рафаэль, и в повисшей тишине это прозвучало слишком обреченно.
— Херово… — подытожил Джейден. А потом хмыкнул и, неожиданно развернувшись, стремительно направился к выходу с кладбища.
— Ты куда? — крикнула ему вслед Зарин.
— К генератору, куда же еще? — бросил он. — Вы, как хотите, а я не намерен жить в мире с новым богом. Особенно, если этим богом станет Маркус Эрдсхол!
***
Оказалось, что как только Рафаэль пришел в себя, он сразу же позвонил Хэнку, так что теперь мы въезжали в город на его машине, теснясь с Шер, Джейденом и Зарин на задних сидениях.
Такой паники я не видела с тех пор, как произошел взрыв на фестивале, но даже тогда в суматоху погрузились лишь несколько кварталов. Теперь же, казалось, словно все жители разом выскочили из своих квартир и носились, точно обезумевшие, из стороны в сторону, не находя себе места. Блюстители пытались их успокоить, хотя и сами, судя по лицам и напряженным голосам, едва слышимым нам через плотные стекла машины, пребывали в растерянности и тревоге не меньше других.
Десятки, а может уже и сотни домов остались без аллириума. Без света и тепла. Без возможности даже согреть еду, не говоря уже о том, что часть продуктов едва ли протянет до утра в отключенных холодильниках. И если кто-то из более обеспеченных районов мог позволить себе уехать как можно дальше, то у большинства жителей Гамбла такой возможности не было. Маркус, хотел он того или нет, лишал людей всего, постепенно шествуя по городу со всеобъемлющей сферой, оставляя без аллириума дом за домом и забирая магию у каждого, кто встречался ему на пути.