Купе, в которое я вернулся, встретило меня тишиной и специфическим запахом — смесь пергамента, дыма, чуть-чуть зелья (возможно — утекло что-то из сумки Арктуруса) и знакомого ощущения: вот она, база — моя тихая гавань.
Арк уже сидел, откинувшись в кресле, как старый призрак. Только видавший всё на свете не за сто лет, а за одно дикое лето. Белый как мрамор, с синяками под глазами от усталости.
— Ты чего такой? — я глянул на него с лёгкой ухмылкой. — Летом в подвале заперли?
Он поднял взгляд медленно. Так медленно, будто веки весили по несколько килограмм.
— Это… лето… было адом, — процедил он с интонацией человека, пережившего войну. — Дед таскал меня по древним гробницам, потом заставлял читать труды предков, потом снова гробницы. Ещё и эти чертовы зелья! Без перерыва, без сна, без нормальной еды. Я думал, умру. А теперь… я рад, что еду в школу.
— О, брат мой во страдании. — Я похлопал его по плечу с искренним сочувствием. — Добро пожаловать туда, где стресс хотя бы разбавляют привлекательными старшекурсницами и горячим скандалами.
Он попытался усмехнуться. Не вышло.
Глаза его закрылись, голова чуть наклонилась,— И… не… го…во…рррр…
Он вырубился прямо на середине слова. Если он проходил через что-то подобное моим тренировкам, то мне искренне его жаль. Я и сам не знаю, как бы выжил без праны.
Я уселся напротив. Немного подвинул свой рюкзак, достал потёртую тетрадь в кожаной обложке. Листы внутри были исписаны почти полностью — заметки, схемы, эскизы, формулы. Куски идей, неровно склеенные мечтой.
Проект года — внешний накопитель магии.
Не игрушка. Не амулет на согревание интимных мест. А настоящий артефакт — качественные и незаменимый.
В школе нам давали основу: читай, изучай, запоминай, а потом просто повторяй. А я хочу творить. Хочу выйти за рамки своих возможностей. Не зависеть от палочки или волшебной формулы. Хочу создать то, что останется моим дармовым источником энергии.
Накопитель должен быть прочным. Лёгким. Гибким при настройке. Способным удерживать огромные объёмы маны и отдавать её в нужный момент.
Нужны — руны. Сложные, уникальные, не из школьных учебников. Они объединяются в рунные цепочки, что не дадут взорваться от перегрузок.
Нужны — фильтры. Адаптивная структура. Автоперезарядка. Механизмы обратной связи.
А ещё — встроенные заклинания, на случай, если всё остальное даст сбой. Я не могу ограничиваться двумя защитами, ведь не всегда мне будет везти, не всегда я смогу выкарабкаться из патовой ситуации.
Я откинулся в кресле. За окном мелькали леса, холмы, редкие стаи птиц. Где-то впереди была школа.
А пока — тишина. Сонный Арктурус, гудение поезда и тихая вибрация под ботинками.
Школьный перрон встретил нас резкой переменой воздуха: вместо душной теплоты вагона — вечерняя прохлада, напоённая камнем и дождём. Сама станция как будто дышала — старым рельефом, мягким светом магических фонарей, будто маня.
Толпа студентов хлынула наружу — первогодки шарахались в стороны от каждого громкого звука, старшекурсники, наоборот, тащили свои чемоданы лениво, с той самой усталой грацией, которую даёт только осознание: «ещё один год, и снова по кругу».
Ариана держалась бодро. Не прижималась ко мне, не жаловалась, не искала глазами учителей. Шла вперёд уверенно, немного хмурясь — как будто мысленно прогоняла тревогу. Я отметил это.
Маленькая, упрямая и даже стойкая.
Первогодок увезли отдельно, чтобы в очередной раз повторить тот спектакль.
Дальше снова путь до школы, огромный зал Хогвартса и вновь распределение.
На распределении сестру отправили в Слизерин.
Не могу сказать, что был шокирован — просто немного… задумался.
С одной стороны — она не похожа на стереотипную «змею»: не подлая, не хитрая.
С другой — упрямая, умная, не боится идти туда, где сложно и если дать скидку на возраст немного смахивает на меня, а я… уж точно прогрызу себе путь даже если придется копать сырую землю зубами.
Возможно, шляпа почувствовала, как она хочет — быть ближе ко мне, доказать что-то себе или миру.
Она встретилась со мной взглядом, когда ее мантия вдруг сменила свою нейтральную форму на таковую факультета — зелёно-серебряную мантию.
И я, не сказав ни слова, поднял руку и показал большой палец.
Она сжала губы, пытаясь не улыбаться слишком сильно.
Позже, когда толпа схлынула, меня встретил пергамент. Он появился прямо в воздухе — с мягким шуршанием, как будто кто-то тихо почесал тебе за ухо.
«Выбор направлений — 3 курс. Индивидуальная специализация. Примите решение до конца недели.»