— Ты говоришь, они напали внезапно? — уточнил я.
— Точно-точно!
— Вот прямо из-за угла? — Я указал на ближайший поворот коридора.
— Именно так!
— И сразу, ничего не говоря, накинулись, словно животные? Без хотя бы одного подобающего разговора, как подобает юношам знатных кровей? — спросил я как можно громче.
— Да! — воскликнула она. — Они… они… повели себя, словно настоящие животные!
Вдруг я услышал голос подруги Арианы, которая шёпотом спросила у другой,— Разве всё было так? Это же Арина накинулась на них после их гнусных комментариев…
Мой взгляд метнулся к девочке. Невидимой рукой — телекинезом — я захлопнул ей рот, чтобы она не болтала лишнего.
Девочка замерла в недоумении, а потом её взгляд встретился с моим. Лаконично показав жестом «помолчи», я продолжил разруливать ситуацию.
Наклонившись к одному из мальчиков, я аккуратно поднял его. Он всё ещё мычал, но уже не стонал от боли — я немного подправил его здоровье быстрым заклинанием лечения, чтобы даже такие улики были не против сестры.
Наши взгляды встретились, и на мгновение я показал ему хищный оскал. Мальчик затрясся, словно осиновый лист. Не теряя времени, я проник в его сознание.
— Серил, давай проведём операцию внушения как можно скорее, чтобы повернуть ситуацию в нашу пользу, — произнёс я, обращаясь к духу. Он незамедлительно приступил к работе, помогая мне просмотреть последние воспоминания мальчика.
— Будет сделано, — глухо отозвался дух.
Воспоминания пронеслись передо мной за мгновение, но этого было достаточно, особенно учитывая, что передо мной — неподготовленный и молодой волшебник.
Не отрывая взгляда, я спросил,— Это вы накинулись на мою сестру и хотели её избить?
Небольшой импульс внушения. Подмена картины — теперь на месте мальчика стоит Ариана, а он становится ею.
— Д-д-д-а, — дрожа, как осиновый лист, ответил он.
— Почему вы это сделали? — спокойно продолжил я, одновременно меняя его восприятие.
— Мы думали, что это будет хорошим достижением для нашего факультета… Ведь об Аберфорте ходит много слухов, что не нравятся многим…
Окинув взглядом толпу, что прилично выросла за считаные мгновения, я произнёс,— Думаю, этого достаточно, чтобы понять, кто здесь виноват. Верно?
Толпа закивала, и слухи тут же начали расползаться по школе, как лесной пожар.
Улыбнувшись про себя, я отшвырнул гриффиндорца, как пустую бутылку пива. Толпа зашепталась, а слухи уже разлетались со скоростью испуганного павлина. Схватив сестру под мышку, я потащил её прочь, мысленно составляя список аргументов, почему «разбираться с обидчиками» — это не то же самое, что 'устраивать показательную порку на глазах у всей школы.
Глава 39
После демонстративного изби… Кхм… Унижения, все, кто ранее испытывал какие-либо нехорошие мысли по поводу сестры, резко испарились, а если говорить точнее, то просто забились по углам, боясь и голову свою высунуть.
Нет, их пугало далеко не избиение моей сестрой троих мальчиков, а другое наказание, что последовало за физическим и моральным. Мне удалось хорошо промыть мозги мальчику, а если точнее — сделать его полностью виновным в этом происшествии в его восприятии ситуации.
Он сам был на сто процентов уверен, что виновен в этой стычке, и с радостью сдал своих друзей, кои довольно быстро покинули приветливые стены древнего замка. Директор был непреклонен, он наказывал однозначно и самым страшным образом. А именно — исключением из школы и потерей возможности продолжать обучаться навсегда. Тем более, что за этими клоунами уже числились промашки как по учёбе, так и по поведению.
Именно это и случилось с двумя гриффиндорцами. Их быстро и незатейливо исключили. Никто не стал даже разбираться, просто услышали слухи, поговорили с тем, кто всех сдал, и всё. Последнего оставили за донос, но теперь у него точно будет сказочная жизнь в школе. Никто и нигде не любит крыс, а в школе такое ощущается особенно остро, ведь здесь дети, что за словом в карман не полезут.
Было ли их мне жалко? Нет, совсем нет. Сейчас время не то, когда жалеют даже детей. Взрослеют рано, поэтому начинать думать за себя тоже приходится рано. А здесь уже правила джунглей: побеждает сильнейший, хитрейший и более изворотливый.
Ладно, хватит об этом, стоит вернуться к своим тараканам, а то и так много времени ушло на совершенно бесполезное дело.
Остаток учебного года прошёл спокойно: я занимался, тренировался и изучал все новую и новую информацию. Итогом всем моих усилий стало довольно значительное улучшение моего обращения с магией теней, большой скачок в магии разума, коим я не стеснялся пользоваться в удобных для меня случаях. Временами я даже считывал поверхностные мысли своих преподавателей, что не были искусны в магии разума, и у меня это успешно получалось. Лезть глубже с ними я не пытался, ведь это могло мне аукнуться. А вот практика с более глубоким погружением в сознание старшекурсников, особенно гриффиндорцев, была повседневной практикой. При поддержке своих уже наработанных навыков и моего нового выросшего духа получалось почти всегда. Временами, конечно, были небольшие ошибочки, что отключали клиентов на пару минут, но не более.