Малфой рванул вперёд, как молния. Он хотел застать меня врасплох, взять скоростью. Его шпагу едва можно было уловить взглядом.
Но реакция, отточенная инстинктами, сработала. Глаза без каких либо на то проблем улавливали каждое мимолетное движения Малфоя.
Я легко отклонил выпад — металлический звон, почти музыкальный, разнёсся по залу — и, шагнув, нанёс короткий, точный удар по руке Андреаса. Его клинок взлетел в воздух, отлетев в сторону.
В то же мгновение мой меч уже был у его горла. Сталь замерла в нескольких сантиметрах от кожи.
Он буквально чувствовал холод клинка — и знал, что одно неверное движение…
Я ожидал гнева в его глазах. Я ожидал презрения. Я даже ожидал страха.
Но в его глазах была только досада. Жгучая, настоящая, болезненная досада.
Андреас остановился, тяжело дыша, осознавая, что проиграл и этот бой.
Глухая тишина повисла в зале, нарушенная только сбивчивыми, взволнованными взглядами студентов.
И самое шокирующие: бой не продлился и десяти вздохов.
Пока все зрители неохотно покидали стены зала, я мирно беседовал с Арктурусом, что никак не мог пропустить такое выступление, и сразу после пришёл обсудить самые яркие моменты. Но нашему разговору не удалось зайти далеко, ведь уже совсем скоро его прервали. Это был Андреас: спокойное лицо, слегка высокомерное выражение лица, прямая осанка и аккуратная одежда. Несмотря на поражение, он не стал кричать и жаловаться, а принял его с достоинством. Никаких подлянок или оскорблений, всё максимально культурно.
— Дамблдор, — начал он, но я тут же его прервал, не позволив продолжить.
— Предпочитаю, чтобы меня называли просто Аберфорт. Не нужно фамилий и формальностей. — Прояснив ситуацию, я позволил ему продолжить.
Кивнув, Андреас заговорил вновь,— Хорошо, пожалуй, можно и так. Вы, точнее ты, можешь называть меня по имени тоже.
Дав немое согласие, я продолжил слушать.
— Не могу не признать твоего мастерства как в магии, так и в фехтовании. Я смог многое почерпнуть из нашей сегодняшней дуэли. Твоё мастерство ясно показало мне, над чем мне стоит работать. Та комбинация, что ты использовал, чтобы… — Я снова прервал Андреаса, понимая, что он просто начинает тянуть разговор.
— Я же сказал, без формальностей. Давай к сути дела. Зачем ты подошёл, конкретно?
Он слегка замялся, успел потерять лицо на пару мгновений, что сразу показало некую степень раздражения, но быстро смог взять себя под контроль.
— Кхм… Я бы хотел узнать, возможно ли повторить или даже сделать регулярными наши встречи на почве дуэлей, но уже в более уединённой атмосфере. Мне очень нужна практика, что я не получаю в стенах Хогвартса или дома. — Наконец высказал свою истинную цель мальчик.
— Вот как? — Вскинув бровь, спросил я больше для себя, чем для собеседника. — Хорошо, я посмотрю, что могу сделать со своим расписанием. Обещать много не могу, но уделить нашим схваткам около часа в неделю я могу. Хорошо?
Андреас слабенько поклонился и ответил,—Спасибо, буду ждать от тебя новостей.
Развернувшись, Андреас быстро удалился.
— Странный он тип, — услышал я комментарий Арктуруса, но не обратил на него внимания.
Оказывается, этот тип намного более интересен, чем я предполагал изначально…
Глава 40
Очередная встреча с Андреасом произошла спустя неделю после нашей дуэли. Произошло это в гостиной нашего факультета, когда я наконец смог придумать, куда именно я готов вписать наши с ним дуэли.
Гостиная факультета дышала тишиной — той особой, густой тишиной, что возникает между двумя ударами сердца. Тусклый свет, раскладывал наши тени на каменный пол. Откуда-то из тёмного угла доносилось шуршание — возможно, крысы, а может, призрак какого-нибудь убогого, пришедшего посмотреть на новую забаву.
К решению нашего с Андреасом вопроса я пришел неслучайно и не потому, что это помогло бы мне улучшить мои боевые навыки. Нет. Меня интересовала его персона как подходящая для партнерства, а возможно и дружбы; но помимо этого меня интересовало влияние.
Моя изоляция в школе не только давала мне определенные преимущества, но и крайне сильно ограничивала меня в обретении новых полезных связей. Говоря откровенно, меня побаивались, а искусством великого оратора я наделен, к сожалению, не был, поэтому собирать сторонников было делом сложным и неблагодарным.
Мой круг общения был исключительно формальным и не имел под собой твердой основы взаимности, что могла бы помочь построить хорошую и прочную основу, а мой неформальный круг общения заканчивался Блэками, и то только двумя их членами.