Дверь открылась. Послышались ярко выраженные шаги нескольких человек. За время, пока я находился в клетке, я уже успел наколдовать для себя пару исцелений, которые сразу применил на себя. Мои щиты на абсолютную защиту были целыми… Видимо, абсолютный щит, сука, не защищает от всего… а только от угрожающих мне реальной опасностью, а меня явно просто усыпили. И не сильно вообще понятно, когда именно. Может, усыпляющее было введено через тоненькую иголочку, пока я шел к магазину или на выходе, или вообще в другое время. Может, это был газ? Я просто надышался в этом магазине, и меня просто вырубило. Здесь даже не угадать, ведь все прошло настолько гладко, что не придраться к деталям. Зачем я вообще перестал читать мысли этого торговца? Побрезгал… чистоплюй чертов.
Но вывод напрашивается один: абсолютная защита не защищает от того, что не несет реального вреда моему телу или разуму. А из этого можно сделать и второй вывод: она также не защищает от медленной смерти.
У меня не было времени чтобы быстро наколдовать себе заклинаний, поэтому любое сопротивление сейчас — бессмысленное дело. Да даже учитывая простой факт огнестрела, от которого меня не спасет моя защита. Хорошо, она может и выдержит тройку выстрелов, но ее длительность ограничена в лучшем случае парой секунд, а дальше я уже просто буду гол как сокол. Стоит потерпеть, затаиться и выжидать удобного момента, когда от меня не будет ждать сопротивления.
Вдруг звук шагов остановился слишком уж близко к моей клетке, особенно для моего внутреннего удобства.
Резко сдернутый брезент резко позволил обилию света немного меня ослепить. Лица казались размазанными и нечеткими. Во рту подступила сухость, а тело нетипично вздрогнуло.
— Хмм… уже очнулся… Берите его и доставьте в нашу третью, специальную комнату. Только побыстрее.
Я молчал, молчал и смотрел на их оружие, которое, черт возьми, реально было огнестрельным и очень похоже на хорошие модели начала Первой мировой. Пистолеты с магазинами на несколько патронов. Если честно, мне вообще не хочется быть под огнем этого оружия, даже под абсолютной защитой, которая совсем недавно подвела меня. Что мне остается? Как я и думал ранее, затаиться и плыть по течению, ожидая возможности для побега.
Если меня хотят доставить куда-то, то мне стоит потянуть время, которое я могу правильно использовать. Нужно будет подготовить правильный арсенал магии на все ситуации жизни.
Дверь в клетку открылась, и ко мне подошли двое больших детины.
— Вставай, скотина, — на корявом английском проговорил один из них, а мне резко захотелось плюнуть ему в лицо. Я это сделал. Глупое решение, но, терпеть… не хочу терпеть.
— Тьфу, — дерьмо, промазал… А так хотелось в его рожу попасть.
Хотелось ударить себя за такое решение, поругать, но сделанного не воротишь.
— Ты че, падаль малолетняя? Бессмертный? — Почти сразу я получил то, что было довольно ожидаемо, а именно удар по ребрам. Боли не было, но удар был сильным, так что даже защита сработала. Ну, в одном я могу быть уверен: защита у меня рабочая.
— Железный, сука, — сказал бугай, потирая ногу.
Их начальник немного вышел из себя, — Вы че, встали, имбецилы? Ноги в руки и тащите тело в третью комнату!
Они быстро встрепенулись и, схватив меня за подмышки, понесли в неизвестном мне направлении. Только когда меня тащили, я осознал всю глубину жопы, в которой оказался.
Здесь явно держали сотни, если не тысячи, таких, как я, людей. А еще, самое смешное: мы находимся не на земле… Мы на чертовом корабле! Настолько нелепо звучала эта истина, что я непроизвольно засмеялся. Но моим карателям это явно пришлось не по вкусу, и меня решили поучить уму-разуму. Действительно, как говорится, детское тело и психика словно пластилин — лепи, что захочешь. Видимо, эти детины слишком серьезно восприняли слова про пластилин и реально мяли меня без единой мысли о жалости.
Удары шли сильные, детинам было больно… первые три секунды. Потом уже больно было мне, и, кажется, у меня треснуло что-то. А это уже плохо… очень плохо.
— Хахахахахахахахаха… — продолжал несмотря на бой я, только сильнее выводя их из себя.
В моем неадекватном состоянии меня дотащили до той самой комнаты номер три. Что именно в ней особенного, я точно сказать не мог. Сначала ожидал пыточной, но сразу понял, что это не она.
Комната была полностью стерильна. В самой комнате не было ни души. Все стены были металлического цвета, а сам интерьер комнаты состоял из нескольких вещей: одного стула и одной керосиновой лампы.