— Наверное… — С этим Лера тоже спорить не стала. Она, конечно, расчеты не делала, но вполне логично, что с вечного патента дивиденды будут не хилыми. Особенно, если озаботиться рекламой.
— Отлично! Я рад, что мы так быстро пришли к взаимопониманию. В таком случае, если вы сейчас свободны, предлагаю вместе съездить до патентного бюро и внести в условия необходимые изменения. Эта услуга платная, но о деньгах не переживайте, гильдия обо всем позаботится.
— Подождите! — всполошилась Лера. Какое взаимопонимание? Какое бюро? Она же согласилась только с тем, что проценты пожизненно — это выгоднее! А на договор она не соглашалась. — Я не хочу менять условия!
Дэр Кастор улыбаться не перестал. Только взгляд его потемнел, затвердел.
Выносить возникшую паузу было тяжко да и незачем, и Лера хотела уже встать и, четко отказав, уйти, но маг вдруг неприятно ухмыльнулся и, не скрывая брезгливости, спросил:
— А рубцы вы хотите убрать?
В груди царапнуло тревогой. Лера непроизвольно прикрыла щеку, и грубые бугры соединительной ткани привычно ткнулись в ладонь.
Дэр Кастор проследил за ее жестом.
— У целителей невероятно высокие цены, — растягивая слова, пояснил он. — Сами вы еще долго не сможете заработать на лечение, а молодость проходит… Подумайте! Ведь всего один шаг — и ваша жизнь изменится к лучшему.
Лера сглотнула. Слова с отказом застряли в пересохшем горле.
Магия… Никаких операций — сразу гладкая бархатистая кожа. Вернуться домой красивой, открыто улыбаясь…
Стать новым человеком!
Дэр Кастор нащупал самое уязвимое место. Хотя, что там нащупывать-то? Любая девушка мечтает быть красивой.
— Вы очень привлекательны, только рубцы все портят, — равнодушно-оценивающий взгляд мага говорил, что он не старается умаслить непокорную девицу, а действительно, считает ее симпатичной. — Когда целители уберут этот изъян, многие обратят на вас внимание. Красивая одаренная девушка с пожизненным доходом от патента — вы станете завидной невестой для любого из студентов. Из тех, кто не «ван», разумеется… Однако, если вы не сделаете ничего, чтобы свою жизнь изменить, то так и останетесь слабой и изуродованной нищенкой. Такой вы никому не нужны.
Сердце сжалось от боли, не давая вдохнуть. «Я нужна! Нужна! Родителям, братьям… Даже ученикам своим нужна!» Немые вопли корчились внутри и погибали под холодными доводами разума: «Ты нужна там, на Земле. Здесь ты — никто».
Лера чувствовала себя изваянием, под каменной оболочкой которого плавились внутренности, зато от дэра Кастора так и несло самодовольством. Думает, что не оставил выбора?
Всё или ничего! О да, маг, чтоб его, прав!
Вернее, он думает, что прав. Но она-то укореняться в этом мире не собирается, и потому плевать ей на пожизненные доходы и плевать на внимание студентов. Ей важно мнение лишь одного. Того самого, который прямо сейчас мог слышать их разговор.
Маркуса ван Сатора.
Владельца Портального ключа.
Если Шоннери рассказал ему вчера о свободном патенте, а сейчас она «продастся», то Маркус испытает лишь презрение. И это совсем не те эмоции, которые хотелось бы вызвать. Да и вообще… бесит этот хлебопёк!
Лицо горело, когда Лера встала, однако голос не дрогнул.
— Я не стану заключать никаких договоров, — сказала она, глядя дэру Кастору в переносицу. — Рецепт будет открыт для всех, всегда и без ограничений.
Она шагнула в сторону, давая понять, что разговор окончен, но уйти ей маг не позволил. Он тоже поднялся и, загородив путь, с ледяной усмешкой произнес:
— Глупо, лиа Вэлэри. Мой опыт подсказывает, что с таким слабым даром вы не удержитесь в академии. Так что мы подождем. Благо ждать придется не долго, и вы очень скоро окажетесь по ту сторону стен, без этого замечательного знака на груди. Только учтите, — дэр Кастор качнулся вперед, и Лера невольно отступила, — когда вас выпнут отсюда, наше предложение уже не будет таким щедрым. Поэтому подумайте хорошенько. Даю вам пять дней.
Маркус подождал немного, но Вэлэри все не уходила. Другая на ее месте уже догоняла бы гильдейского и кричала, что заблуждалась и что согласна, а эта… сидит! То ли дура, то ли принципиальная… А может и то и другое: принципиальная дура!
Но стоит признать, позиция ее вызывает уважение. Мало кто, находясь в таком же положении, устоял бы перед соблазном. Особенно девушки.
Захотелось вдруг увидеть ее лицо — не жалеет ли она об отказе? — и Маркус, бесшумно поднявшись, покинул свое укрытие.
От всплеска адреналина все еще потряхивало. Не в силах успокоиться, Лера снова и снова прокручивала разговор с магом и каждый раз убеждалась: она все сказала верно! Во-первых, тут не танцы, чтоб шаг вперед и два назад, а во-вторых, фиг она будет сотрудничать с типами, которые оскорбляют и шантажируют. Так что дэр Карлос сам дурак!
В поле зрения вдруг появились мужские ноги в черных брюках и кожаных, с рисунком туфлях.
На миг Лера оцепенела. Показалось, что маг вернулся. Но следом пришла мысль: хлебопек был в бежевом. Как булочка. И пахло от него ванилью и корицей, как от булочки. Значит, это не он, а…
По телу прокатилась обжигающая волна, под мышками закололо, и Лера медленно подняла голову. Так и есть! Маркус!
Он задержал на ее лице непроницаемый взгляд и хотел уже идти дальше, но тут глаза его скользнули ниже. На секунду губы сжались и побелели, а затем Маркус безразлично бросил:
— Не думал, что девушки носят такое.
Лера опомнилась и, проследив за его взглядом, обнаружила, что крутит в пальцах кольцо. Неловко запихав его за ворот и словно оправдываясь, она пробормотала:
— Это братья подарили. На день рождения.
— Братья, значит… Можно взглянуть? — Маркус шагнул ближе и властно протянул руку.
Лера в недоумении заморгала. Почему-то в присутствии Маркуса мозги превращались в кисель. Что он хочет? Посмотреть на кольцо? Зачем?
Индикатором опасности замигало предупреждение Ренны никому его не показывать, и следом вспыхнула досада на себя: надо же было так глупо подставиться.
— Нельзя! — Для верности она даже головой замотала.
Упорствовать Маркус не стал: недовольно прищурился, но руку опустил. Спросил только:
— Это ведь знак Солнца?
Лера сначала пожала плечами, а потом и кивнула. Чего уж теперь? Не врать же, раз глазастый такой.
Сунув руки в карманы и уже не скрывая любопытства, Маркус оглядел её с ног до головы. В ответ Лера хмуро уставилась на него. Её и не такими взглядами одаривали, так что не впервой, главное, смущение не показывать. А что красная как помидор, так это загар!
Маркус хмыкнул и, разворачиваясь, негромко сказал:
— Спрячь подальше, если жизнь дорога.
Наследник ван Саторов давно ушел, а Лера все не могла придти в себя. Оба разговора выбили из колеи и даже не понятно было, какой больше: дэр Карлос угрожал, Маркус предостерегал… И обоим от нее чего-то надо! Первому патент подавай, второму кольцо.
При воспоминании требовательно вытянутой руки Лера снова зарделась. Маркус хотел, чтобы она сняла цепочку? Или только чтобы достала, а он бы склонился? Вот он бы взял кольцо… Ее щеки и подбородок ощутили бы жар от его руки… Его лицо приблизилось…
Вскочив, Лера заметалась вдоль дивана. Надо отвлечься! Ей, вообще-то, опасность грозит! Видимо, символ Солнца на кольце что-то означает…
Промелькнувшая мысль молнией пронзила тело и резью отозвалась в животе. Лера замерла.
Солнца⁈ Маркус сказал: «Солнца»⁈
На Эйлуне же его называют просто светилом. Солнце — это с Земли!
Глава 41
Последний герой
— Офигеть! — Лера украдкой достала кольцо и сравнила изображение с рисунком. Близко! Очень близко! Но то, что там написано… — Я, что, похожа на террористку⁈
После разговора с Маркусом она целый день рылась в книжках по истории, надеясь отыскать хоть что-то про Солнце. И нашла-таки! Перед самым закрытием библиотеки, в каких-то древних мемуарах, которые син Кэмиллус вынес с таким видом, будто сердце из груди вырывает. Вот только после их прочтения вопросов лишь добавилось. Например, как сейчас вести себя с Маркусом: подыграть или пресечь его домыслы? Потому что он явно принял ее за кого-то другого! Вернее, не за кого-то, а вполне себе за конкретного члена Ордена Солнца.