– Готово, – раздался голос Маши, и перед Гордеевым возникла большая чашка волшебного напитка.
Пользуясь отсутствием сотрудников, он позволил себе выкурить сигарету. Под кофеек.
И тут зазвонил телефон.
Маша сняла трубку и через мгновенье произнесла:
– Юрий Петрович, это вас. – И тихо добавила: – Женщина.
Виталий Проскурец, отпущенный следователем Омельченко под подписку о невыезде из Москвы, придя на работу, ожидал встретить со стороны сотрудников что-то подобное легкому презрению. Но, как ни странно, встретил полное понимание.
Впервые после убийства Волкова он собрал большое совещание, на котором подробно прояснил ситуацию, рассказав обо всем, что ему известно о ходе следствия.
Несколько человек выдвинули ряд рациональных соображений относительно того, какую позицию следует принять Проскурцу в этом деле.
– Кто-то желает вывести нас из равновесия, – высказался Михаил Федотов.
– Кто желает, Миша? Конкретизируй, пожалуйста.
– Я имею в виду структуры, для которых «Интерсвязь» – явный конкурент.
– Кого ты имеешь в виду? «Комтрест»? «Бумеранг»?
– Не думаю, что это дело рук «Бумеранга», но там имеется парочка типов, способных пойти на такое. Тем более такая подходящая для темных дел атмосфера.
– Ты имеешь в виду конфликт между мной и Волковым?
– Да, именно это я имею в виду.
Миша Федотов был одним из самых ценных и перспективных членов команды Проскурца, который притащил его из одного серьезного НИИ, где Михаил за компьютером решал глобальные проблемы движения черных металлов и, в перерывах совершенствуясь в традиционный пинг-понг, систематически выигрывал ящик пива.
Это именно Миша придумал для «Интерсвязи» новую систему организации работы с клиентом, пачками привлекая их невиданными льготами, отчего их фирма получала отличные барыши из-за увеличения потока заказов. Благодаря этим и ряду других его разработок начиная с 1996 года «Интерсвязь», по итогам британского еженедельника «Economist», прочно вошла в первую десятку самых преуспевающих компаний постсоветской России, оставив позади себя многих промышленных монстров, уступая разве что только «Газпрому».
– У тебя есть какие-то существенные доводы, Миша? Я имею в виду твои «бумеранговские» соображения, – строго спросил Проскурец.
– Конечно нет. Это только догадки. Просто догадки. Но они небезосновательны.
– Для следствия твои догадки – признак параноидального бреда. Их уже устраивает их собственная версия. Она греет их холодное сердце. Видел бы ты этого следователя… А впрочем, еще увидишь. Тебя и еще нескольких человек Омельченко любезно приглашает к себе.
– Да, мы знаем, – сказал Миша. – Сегодня пришла пачка повесток.
– Кстати, у него в столе кроме убийственных вещественных доказательств – настоящие мексиканские сигареты, твои, кстати, Миша, любимые.
– О! Это уже иной коленкор.
– Можешь покурить, но не очень-то расслабляйся, – Проскурец погрозил пальцем. – Омельченко – хитрая лиса. Возможно, ты таких хитрецов в жизни своей еще ни разу и не встречал.
– Ничего, прорвемся, – сказал Миша, показывая сжатую в кулак ладонь – а-ля «рот-фронт».
Проскурец выслушал еще несколько реплик от своих коллег, которые по большей части были обеспокоены судьбой компании, что естественно, а значит, и своей собственной. После чего завершил заседание.
Вернувшись в кабинет, он собрался позвонить Лене, но вспомнил, что та сегодня встречается с адвокатом.
Лена и Гордеев сидели в кафе «Сатурн» друг против друга. Они решили не засиживаться в официальных стенах юридической консультации, даже несмотря на одуряющий запах кофе, а предпочли взяться за старое – продолжить импровизированное застолье, начатое на борту аэробуса. Гордеев отметил, что Лена выглядит хорошо до ослепительности, причем при всей скромности ее нарядов, которые на самом деле только подчеркивали ее естественную привлекательность.
– Послушайте, – начал Гордеев, после того как Лена изложила ему суть дела, – неужели Владимир Волков действительно ваш отец? Это просто невероятно.
– Что невероятно?
– После того как мы с вами виделись в последний раз, ну, то есть в первый, в самолете по дороге в Россию, мой друг случайно включил радио, и на нас обрушилась информация об убийстве именно Владимира Волкова.
– Даже так. Значит, наша встреча – действительно судьба.