– Сожалею, – только и мог сказать я.
– Пусть они сожалеют о содеянном, – тихо ответил он.
– Эй, парень, ты нас хоть не угробь. Все-таки не ты один потерял близких. А трупы мстить не умеют, – одернул его Питер.
– Сделаю все возможное, чтобы доставить вас туда целыми, – твердо ответил Стас, а потом добавил: – И обратно тоже.
– А ты не знаешь, что с Михаилом? – спросил я его, вспомнив про кряжистого мужика, с которым мы решали в Центре беженцев о дальнейшей судьбе. Как давно это было по ощущениям, а всего полгода в реальности.
– Не знаю, но его отряд базировался на Сигме, – ответил Стас и развернулся, уходя к пилотской панели.
– Сильно он изменился, – сказал я Питеру, глядя в спину одному из своих первый знакомых в Содружестве.
– Война всех меняет. А тем более такая, – ответил седой ветеран.
Мы замолчали, каждый раздумывая о своем. Пока размещались, армейцы принесли цилиндр бомбы с панелью управления на боку. Диаметр его был всего полметра. Чистое концентрированное разрушение, пока спящее в своей оболочке. Пилот задраил входной люк в десантный бот, и мы погрузились в ожидание.
– Волнуешься? – спросил Питер.
– Ты снова с тем же вопросом? Конечно же, да. Умирать совсем не хочется, – ответил я.
– Это правильно, я тоже, – услышал я спустя десяток секунд молчания.
– Эй, Волтер, а наши сведения хоть пригодились? Те, что мы собрали при захвате крейсера чужих? – спросил кто-то из бойцов.
– Вроде да, они еще от капитана их получили. Нового было мало, все-таки пока мы летали, другие тоже успели повоевать с «тараканами». Но те же схемы внутреннего устройства, да и тот красный чужой, – это точно новая информация для командования. По крайней мере, со слов особиста, которого я выловил, – ответил тот.
– Жаль, что только призовых за захват не будет, – протянул Руфус, – ведь мы не довели трофей, да и кому он сейчас нужен.
– Не знаю, тут юристов можно подключить, но до этого надо еще дожить, – ответил Питер.
– Как думаешь, сколько ботов из нашей группы доберется до дредноута? – тихо поинтересовался я у него.
– Не знаю, но хорошо, если хотя бы пять. И мы в их число можем и не войти. – Седой ветеран и не думал снижать голос.
– Не накаркай, пессимист чертов! – рядом возмутился Руфус.
Весь диалог прервал голос Стаса:
– Готовность двадцать. Выходим на разгонную линию, все системы в норме. К старту готов. Готовность пять. Старт, – на меня наваливается нагрузка. Рядом чертыхается кто-то, и Руфус поясняет:
– Такой старт для того, чтобы все боты успели выйти, пока их не накрыли с орбиты по засветкам. Так что терпите, сейчас весь выход из атмосферы таким будет. – И словно в подтверждения нагрузка все увеличивается. Держаться все сложнее, но в определенный момент все прекращается. Мы движемся еще какое-то время, а потом снова раздается голос Стаса:
– Мы спрятались за одним из оставшихся линкоров. Тут жесть, что творится. Потери очень большие, хорошо хоть не только у нас. Ждем начала операции.
– Ты подробней расскажи, – потребовал Руфус.
– Наши смогли сбить еще один дредноут, и десант перераспределят. А что до текущей ситуации. Сейчас гляну. Итак, у наших осталось… черт, все, готовность двадцать до старта операции, к каждой группе десанта еще прикрепили остатки нашей палубной авиации. Будут прикрывать нас, да и служить дополнительными целями. Готовы? Поехали, наваляем этим тварям, – раздается сосредоточенный голос пилота.
В голове проносится вихрь мыслей, а потом я резко успокаиваюсь. Главное долететь до дредноута, а на это я вообще никак не повлияю. А там мы уж точно наваляем. Хоть и от отчаяния. А пока можно будет изучить предполагаемую схему коридоров в дредноуте. Все же лучше, чем бесполезно переживать.
Глава 32
Изучать схемы не пришлось даже минуту. Это скорее были предполагаемые рекомендации по внутреннему размещению коридоров внутри кораблей чужих. Использовался опыт из других абордажей, даже нашел наш трофей. Но вот дредноуты до этого захвачены не были, и их строение было можно только угадывать. В итоге я решил использовать свою интуицию на месте, когда придется выбирать путь. Так же быстро я пролистал тактику чужих. Чего-то нового я не почерпнул, только разные мелочи, типа скорострельности их оружия, анализа поражающей мощи и т. д. Все равно это в реальном бою бесполезно и надо было учитывать при подготовке операции для правильного подбора амуниции. А так было чувство, что план составили буквально на коленке и от безнадеги. Хотя, с учетом ситуации, возможно, так и было.