И вот в очередной момент возникает ощущение не просто опасности, а ОПАСНОСТИ. Разворачиваю голову и наконец вижу того врага, который практически сразу уполовинил наш отряд и стрелял теми огромными шарами. Был он реально устрашающим и, в первую очередь, своими габаритами. Эта мерзость выглядела как здоровенный шагающий танк, еле вписывающийся в проход немаленького коридора. На четырех лапах и с большой пушкой сверху. По бокам от нее находились платформы, в которых сидели двое чужих. На данный момент один активно стрелял, а второй лежал бесформенной грудой. И вся эта шагающая махина была в отметинах от плазмы, которые оставляли небольшие следы и углубления, но никак не могли пробить всю толщину черной брони.
Пришел писец, мелькнула мысль и погасла, заставляя сосредоточиться на убирании тела подальше от огромного шара плазмы. Как назло, я спотыкаюсь об одно из тел чужих и лечу головой вперед на еще одного врага. В падении выпускаю винтовку и ухожу в перекат, выходя из него левым плечом. Толчок, и врага отбрасывает назад. Тянусь к пистолету и понимаю, что не успеваю. Ухожу в сторону от очередного плазменного шара этого танка, который убивает кого-то из чужих. Черт, почему именно по мне приспичило стрелять? Голова пытается выстроить план выхода из ситуации, а сбитый мною враг уже поднимается на лапы, одновременно нашаривая на поясе плазменную гранату. Я – идиот, мелькает мысль, пока мое тело берет разгон, и я в прыжке двумя выставленными ногами бью врага в центр корпуса. Мышечные усилители плюс моя масса в броне делают свое дело, и пока я плашмя падаю на пол, врага, активировавшего гранату, уносит в сторону ходячего танка. Чужой влетает прямо под корпус махины. Взрыв! «Таракана» разносит на части, а танк резко дергается вверх, обнажая дыру в днище, сквозь которую видно обожженное тело черного чужого. Не теряя времени, вскакиваю, не обращая внимания на оставшихся сзади врагов. Надеюсь, Питер с остальными прикроют. Выхватываю пистолет и закатываюсь под поднятый на почти выпрямленные манипуляторы танк. Махина начинает опускаться, но я уже открываю огонь в виднеющееся тело черного. Меня окатывает желтой жидкостью, но я все-таки успеваю выскочить из-под обрушившейся на днище техники врага.
Пытаюсь сориентироваться и встать с пола, но очередная вспышка опасности заставляет обратить внимание на чужого, который находился во второй платформе на танке. Мля, и почему я не перекатился в другую сторону? Пытаюсь навести на него пистолет, но понимаю, что точно не успеваю. Я вижу, как пушка врага начинает загораться зеленым, но тут половина его тела сгорает во вспышке плазмы. Перевожу взгляд на Питера, стоящего напротив врага с винтовкой в руках. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что уже все кончено.
С трудом поднимаюсь, отмахиваясь от истеричных сообщений встроенной аптечки о применении стимуляторов, и обращаюсь к ветерану:
– Спасибо. Я думал, мне конец.
– Это тебе спасибо. Если б ты не положил эту махину, хрен бы мы выжили. Но твои выкрутасы… Это что-то… Понятно, как ты выжил при первой встрече с чужими, – устало отвечает он.
Я смотрю по сторонам. Замечаю Саймона, который перезаряжает винтовку, контролируя тыл, неизвестного мне бойца, который не сводит прицела своего оружия с проемов. И мертвого пилота… ну твою мать, не сдержавшись, выругался я.
– Что такое? Кисть? – спросил Питер.
– Да не. С таким напряжением боль куда-то ушла, а ты, блин, напомнил, – поморщился я, одной рукой пытаясь перезарядить пистолет. – Не, пилота убили. И как мы свалим-то отсюда без него? – киваю на тело с дырой в животе.
– А-а-а, это. Жаль парня, да и все остальных. Но с пилотом проще, у меня есть навыки. Не такие, как у него, конечно, но долететь до крейсера смогу, – обрадовал меня Питер. – Ладно, держи обоймы под пистолет и давай сюда на плазму. Держись позади. Все равно ты с одной рукой не вояка. Хотя… – поглядел он на распластавшийся ходячий танк, – может я и не прав. Все, пошли. Надо найти своих.
Мы с трудом перелезли через останки вражеской техники и направились дальше. Надеюсь, больше такой задницы не будет. Ну, или хотя бы таких махин. Обычные чужие – это не проблема, а вот такой танк. Мда… Но ничего, прорвемся.
И наша четверка продолжила путь по кораблю.
Глава 26
Я шел предпоследним, вдоль правой стены. Чуть позади у левой стены коридора держался Саймон, прикрывая тыл. Неизвестный мне боец, представившийся Сэмуэлем, или коротко Сэмом, и Питер были впереди, выдвинувшись метров на десять. И пока все было тихо и спокойно, что радовало.