Маленькая плосковатая девочка с едва формирующимися половыми признаками. Распахивать одежду передо мной ей было совершенно не с чем. На голове у нее, разумеется, красовалось нечто дикое. Выбритые виски, а длинные русые волосы сверху завязаны на затылке узлом.
Она сидела на скамейке, возле моего наблюдательного пункта. Болтала ногами, жевала жвачку. Не курила. Странно, но при мне так ни разу и не закурила, за что я непомерно благодарен.
Я еще издали ее заприметил. Но мне вдруг перегородила дорогу мрачноватая тетка, похожая на обгоревшую макаку. И ни с того ни с сего распахнула пальто. Мне на обозрение вывалились две гигантские, твердые, ненастоящие сиськи. Я постоял секунду, взглянул на ее накладные ресницы, выпяченные губы и обтянутые лосинами бедра. И брезгливо отмахнулся
Рупия с интересом наблюдала за происходящим. Я сел рядом.
– Как оно, хоботок? – с наглецой уставилась на меня.
– Не дерзи, сопля. А то по заднице отшмагаю.
– Пф! Попробуй притронься – Иена тебя вырубит!
– Вырубит?
– Ага, и глазом не моргнет.
– Каким именно – тем, что посинел, или обычным?
– Шоколадным.
– Очень воспитано, – скривился. – Манеры у вас, погляжу, хромают.
– Ничего у нас не хромает.
– Что за царапина на щеке? Драчунка что ли?
– Драчун у нас ты, – заметила ворчливо. – Наверно, это у всех мужланов в крови.
– Очень возможно. А ты чего не в школе?
– Совсем дурак? Июнь же, каникулы. Мы завтра с классом идем в Музей мужского наследия.
– О, круто. Расскажешь, что там интересного.
– Я не хочу туда. Мне противно.
– Мужчины противны?
– Нет, одноклассницы.
– Понимаю.
– Сомневаюсь, – хмыкнула. – А ты сам был-то в музее? Есть там что интересное?
– Я принимаю участие в его наполнении.
Рупия нервно заерзала.
– Слушай, – замялась. – А как оно вообще? Тяжело быть мужчиной?
– Терпимо, в целом.
– Мне вот не дает покоя один вопрос, – Рупия повернулась ко мне и озабочено продолжила. – Когда ты познакомился с моей сестрой. Она сидела во дворике, курила, а тут ты прикатил на велике и начал приставать. Вот скажи мне – как ты смог ехать на велосипеде и не отдавить себе при этом яйца?
***
Снова и снова, день за днем, мы сидели возле Дома Матери. Ждали у моря погоды.
Рядом находилось кафе «У Матильды». Не самое популярное место. Какое-то навороченное общество важно ковыляло туда, затем выходило покурить, смеялось, завидя меня. Некоторые, самые отъявленные, задирали майки и блузки, показывая сиськи. Хохот стоял неописуемый.
– Эх, я бы тоже так хотела… – мечтательно заявила Рупия.
– Сиськи мне показывать? – удивился я.
– Взрослой быть, – злобно ответила. – Как ляпнешь что-нибудь.
Я поинтересовался, что там за черная насечка у входа. И почему те, кто туда входил – прислоняли к ней браслеты?
И тут Рупия, явно забывшись, поделилась со мной информацией, которую мне знать не следовало.
Вам, туши, кстати, тоже.
***
Касалась эта информация пресловутых браслетов. В общих чертах я уже рассказывал о них, когда описывал сексуальную жизнь деда.
Так вот, в современном мире существует своеобразная иерархия. Зависит она от того, кто сколько и кого рожал.
Всем девочкам с десяти лет крепят к левому запястью белые браслеты. Признак того, что она вот-вот станет половозрелой самкой. Признак того, что хоть она и выглядит взрослой, на деле пустышка, никаких яйцеклеток пока не несущая. Такие же браслеты носят охранницы, валентинки и члены Женского Совета.
Когда у самки торжественно лопается первая яйцеклетка, ее браслет желтеет. Теперь спаривание с ней является делом нужным и значимым. Браслет зеленеет, когда наступает период овуляции, а при месячных – краснеет.
При наступлении беременности браслет проводит диагностику амниотической жидкости. Это такой густой, насыщенный питательными веществами кисель, в котором в тепле и добре зреет плод. В течении недели определяется склад хромосом. Если по результатам обнаруживается, что плод женский – браслет приобретает фиолетовый цвет, затем отпадает. Самка одевает его на правую руку, так он с ней и остается, как медаль за храбрость. После родов ей снова на левую руку цепляется браслет, который так же регулярно и неусыпно следит за ее циклом.
В случае, когда самка беременеет мужским плодом – браслет чернеет, а затем тоже отпадает. Цеплять его обратно не имеет ни малейшего смысла, потому самка оставляет его для любого человека, которого хочет обеспечить всеми существующими благами до конца дней.
Помимо цикла, в браслет закладываются личные данные, денежные средства, информация о генетике. Такое впечатление, что современный женский мир нашел эффективную замену паспортам и деньгам. Все вносится и сохраняется в этом браслете.