Я ощутила, как во мне вновь с неистовой силой стало нарастать неукротимое возбуждение. Близость любимого, его трепетное отношение, аромат кожи и собственнический захват невероятно будоражили, распаляя изнутри.
Тесно прижавшись к мускулистому телу, я наткнулась на преграду в виде так и не снятых штанов А-Яна. Мои руки тут же переместились вниз, стягивая мешающую одежду с его шикарных ягодиц, которые так и хотелось сжать руками, притянуть вплотную к себе. Только лишь от одной этой мысли кровь зашумела в ушах, разгоняясь по венам с бешенной скоростью, а потом Ян резко притиснул меня вплотную к себе так, чтобы я могла ощутить всю твёрдость его намерений. Член, более нестеснённый одеждой, проехался вверх-вниз по клитору, вызывая жаркие стоны у нас обоих.
— А-Ян… — вырвалось у меня.
— Сладкий мой Цветочек, я ещё не простил себе вот этого, — его пальцы коснулись шрама на моём животе. — Поверить не могу, что собственноручно чуть не лишил тебя жизни! Теперь я просто обязан сделать всё аккуратно, чтобы без боли… — на этих словах
я нетерпеливо повела бёдрами, показывая, что уже вполне готова продолжить. — Демоны! Это же твой первый раз, как ты умудряешься быть такой горячей?! — шептал А-Ян, играясь с мочкой моего уха, он то легонько прикусывал её острыми зубами, тут же зализывая, то втягивал в рот, ласково посасывая. Я изгибалась в его руках, прижималась обнажённой грудью в стремлении ощутить своего мужчину полностью в себе. От незамысловатых действий А-Яна мне казалось, что тело пылало изнутри и вот-вот сгорит в водовороте ощущений, пульс просто зашкаливал, отдаваясь набатом в висках.
— Солнце, я полностью готова, это не та боль, которую нужно бояться, — пробормотала сквозь порывистое дыхание, шум в голове и стоны. Казалось, что я уже практически ничего вокруг не воспринимала, только чувствовала его рядом и то знакомое покалывание в кончиках пальцев, как тогда, в лесу. Сейчас этот феномен не так сильно пугал, скорее, существование энергии золотого ядра воспринималось теперь как данность, нечто совершенно правильное и неотделимое.
— Ох! Я и забыл, что у Цветочка есть коварное оружие против моей выдержки! — простонал Ян, вздрагивая всем телом и невольно начиная двигать бёдрами мне навстречу, дразня всё сильнее. Такой сильный, надёжный и весь мой! Сейчас я это ощущала как никогда ясно, словно каждая клеточка моего тела резонировала с его. Я «слышу» его истинные чувства, и это так красиво!
— Кто сказал, что боль обязательно будет? — его хрипловатый голос ворвался в мои мысли. — Я легко докажу, что это не так, Цветочек.
Нежный поцелуй погрузил комнату в тишину, спутал остатки мыслей, выдвинул на первый план чувства, эмоции и древние, как мир, инстинкты, поделенные на двоих. Наши руки касались горячей кожи друг друга, зарывались в волосы, изучали изгибы тел.
Пока мы неистово целовались, сплетаясь языками, я легонько водила кончиками пальцев по его спине, чувствуя уже знакомое покалывание энергии, что срывалась с моих рук. Мне даже казалось, что шрамы, которых я касалась, исчезали без следа с его израненной когда-то давно кожи, но разум сопротивлялся, а марево сексуального возбуждения не давало сосредоточиться хоть на чём-то, кроме нежных ласк. Всё потом! Сейчас — только Сюэ Ян и его искреннее блаженство, которое ощущалось, как своё собственное.
— А-Ян… — словно в бреду шептала я, притягивая его за плечи всё сильнее, хотя куда ещё больше? А он в это время спускался поцелуями по моей шее, ключицам, руками обхватывал грудь, припадал к задорно торчащим соскам губами, проходился по ним горячим влажным языком.
— Ах! Пожалуйста, ещё… Хочу ещё, ну же! — из горла вырывались полустоны-полувскрики. Моё терпение было уже на пределе, хотелось его, хотелось ощутить, наконец, наше полное единение! Запрокинув голову назад, я утянула Яна за собой на постель, ногами обхватив за крепкие бёдра.
Он забрался на кровать, устроился поудобнее, упираясь коленями, подхватил меня под спину и усадил верхом на себя. Словно в каком-то безумном танце, я извивалась, подаваясь всем телом то вперёд, то назад, в надежде заполучить, наконец, его плоть внутрь, туда, где ещё неокрепшее золотое ядро жаждало слиться энергиями, а влагалище пульсировало, истекая смазкой, полностью готовое к вторжению.
Но Сюэ Ян почему-то не торопился, хотя тоже был уже на пределе своей выдержки. Зажмурившись, он попытался хоть немного стряхнуть с себя чары от наших резонирующих энергий. Его тело била неконтролируемая дрожь, а сквозь сцепленные зубы вырывалось тяжёлое дыхание. Когда Ян открыл свои полностью затуманенные страстью глаза, я увидела в них такую бурю разных эмоций, что сама чуть не потерялась в их водовороте: страсть, нежность, страх и… Любовь? Осознание этого факта ненадолго вернуло его в реальность, а меня заполнило безграничным обожанием.